УДК 159.9:34

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ЯВЛЕНИЯХ СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ С РАЗЛИЧНЫМИ ТИПАМИ ПРАВОСОЗНАНИЯ

Схопчик Ольга Эдуардовна
Учреждение образования «Академия Министерства внутренних дел Республики Беларусь»
преподаватель кафедры психологии и педагогики

Аннотация
В статье рассматриваются социально-правовые представления как один из структурных элементов правосознания личности и выражающие собой субъективные представления индивида о различных явлениях правовой стороны действительности. В механизме социального поведения субъективные представления выполняют оценочную и побудительную функции. Раскрываются содержательные особенности социально-правовых представлений несовершеннолетних с различными типами правосознания, которые были выявлены в результате комплексного эмпирического исследования их правосознания.

Ключевые слова: несовершеннолетние правонарушители, правосознание личности, социально-правовые представления, типы правосознания


CHARACTERISTIC REPRESENTATIONS ABOUT THE PHENOMENA SOCIO-LEGAL REPRESENTATIONS OF MINORS WITH DIFFERENT TYPES OF LEGAL AWARENESS

Shopchik Olga
Educational institution "Academy of the Ministry of Internal Affairs Republic of Belarus"
lecturer in psychology and pedagogy

Abstract
The article examines the socio-legal representations as one of the structural elements legal awareness personality and which express individual's subjective representations about various phenomena legal sides of reality. In the mechanism of social behavior subjective representations perform functions estimates and urges. Disclosed are substantial features of the socio-legal notions of minors with different types legal awareness that have been identified as a result of comprehensive empirical study of their legal awareness.

Keywords: juvenile offenders, legal awareness of personality types legal awareness, socio-legal representations, subjective representations


Рубрика: Психология

Библиографическая ссылка на статью:
Схопчик О.Э. Характеристика представлений о явлениях социально-правовой действительности несовершеннолетних с различными типами правосознания // Психология, социология и педагогика. 2014. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://psychology.snauka.ru/2014/04/2970 (дата обращения: 02.10.2017).

В процессе отражения социально-правовых явлений, правовых норм и требований закона у индивида складываются собственные представления, в которых отраженные явления обретают субъективное значение. Основными видами психологических свойств личности, реализующихся в данных процессах, выступают социально-правовые представления. Они выступают разновидностью социальных представлений личности, являющихся когнитивными и ценностно-смысловыми образованиями. Проблема социальных представлений освещается К.А. Абульхановой-Славской, С. Московичи, А.Р. Ратиновым и Г.Х. Ефремовой, П.Н. Шихиревым, D. Jodelet и другими учеными. Согласно С. Московичи, социальные представления – это способность человека воспринимать, делать выводы, понимать, чтобы придать смысл вещам [1]. D. Jodelet под социальными представлениями понимает форму познания, знание здравого смысла, содержание которого социально обусловлено [2]. У К.А.Абульхановой-Славской они рассматриваются как механизм сознания личности и анализируются в рамках теории социального мышления личности [3].

Социально-правовые представления – это субъективные представления индивида о различных явлениях правовой стороны действительности. В них содержится то значение, которое человек придает окружающим его людям и их поступкам, отдельным индивидам, с которыми он взаимодействует, ситуациям правового характерах и на основе этого складывается определенное отношение к ним [3; 4; 5; 6; 7]. Они входят в более широкую сферу личности, которая выражает собой правосознание. Правосознания личности представляет сферу ее внутреннего мира, которая проявляется в феноменах осознаваемого отражения правовой стороны социальной действительности и обусловливающей им сознательно-волевой саморегуляции юридически значимого поведения. К структурным элементам правосознания личности относятся: правовые знания и социально-правовые представления, отношения к социально-правовым явлениям, субъектам противоправного и законопослушного поведения; социально-правовые ожидания; личностные нормы, касающиеся юридически значимого поведения.

Изучение социально-правовых представлений было проведение в рамках эмпирического исследования правосознания несовершеннолетних. Выборка – 305 лиц мужского пола в возрасте 14–17лет  представляли три группы несовершеннолетних: 1 группа–110 человек – осужденные за преступления и отбывающее наказание в воспитательных колониях; 2 группа – 93 человека–совершившие мелкие правонарушения и состоящие на учете в ИДН ОВД; 3 группа (контрольная) – 102 подростка–учащиеся средних школ Минска – по характеристикам педагогов вели себя устойчиво правомерно и морально положительно.

Методика исследования. Метод стандартизированного интервью с открытыми вопросами. Вопросы интервью были ориентированы на изучение основных элементов правосознания. Для выявления особенностей социально-правовых представлений изучалась осведомленность подростков о мерах, которые могут применяться к несовершеннолетним, совершившим правонарушения; влиянии алкогольного или наркотического опьянения на меру юридической ответственности; представления о правомерных и противоправных способах достижения материального благополучия в жизни; распространенности правонарушений и преступлений несовершеннолетних и возможности их оправдания; количестве богатых людей, добывающих средства незаконным способом; образе сотрудника милиции. Выявление представлений о сотруднике милиции и отношения к нему обусловлено тем, что данный субъект является непосредственным представителем правовой сферы общества, осуществляющий функции контроля за поведением несовершеннолетних и применения в случае необходимости к ним санкций. Исследовались также представления об образе законопослушного подростка и сверстника, совершающего противоправные деяния, и отношение к ним, привлекательности или непривлекательности их жизни. Через изучение представлений о человеке с правомерным и противоправным поведением выявляется восприятие респондентом самого себя в роли субъекта такого поведения. Обнаружение самовосприятия основывается на установлении психологической идентификации испытуемого с преступником или отчужденности от него [8]. Есть основания считать, что субъективное представление о человеке, использующем преступный способ достижения желаемого, у несовершеннолетних правонарушителей будет качественно отличаться от аналогичных представлений у законопослушных подростков. Также мы полагаем, что несовершеннолетние правонарушители легче идентифицируют себя с преступником и испытывают трудности в представлении себя законопослушным человеком.

Обработка результатов исследования. Контент-анализ ответов респондентов; шкалирование, кластерный и факторный анализы, χ2-критерий. Для статистической обработки применялся пакет SPSS 11.0 для Windows. Установление эмоционального компонента отношения к субъектам юридически значимого поведения, явлениям правовой действительности осуществлялось с помощью ЦТО – цветового теста отношений  [8; 9].

Результаты исследования.  Выявлено четыре типа правосознания несовершеннолетних (ПС), характеризующихся определенными качественными особенностями. 1-ый тип –  ПС, имеющее законопослушное, комплексное, непротиворечивое содержание, выражающее относительно высокую степень его сформированности; 2-ой тип – ПС преобладающе законопослушной направленности, но с недостаточной зрелостью правомерных представлений, убеждений и ожиданий, что снижает правомерную устойчивость лица; 3-ий тип – противоречивое ПС, отличающееся сочетанием положительных и отрицательных представлений о явлениях правовой действительности и наличием противоречивых либо индифферентных отношений к ним, что выражает не только низкую антикриминальную устойчивость личности, но и признаки склонности к противоправному поведению; 4-ый тип – ПС с криминогенными дефектами, определяющими наличие склонности к совершению корыстных и (или) насильственных противоправных деяний.

Анализ эмпирических данных позволил установить различия в содержании социально-правовых представлений и отношений к явлениям правового характера, субъектам юридически значимого поведения  респондентов с различными типами правосознания.

 Представления об образе законопослушного молодого человека, содержании его  жизни и отношение к нему

В рассуждениях респондентов с 4-м и 3-м типами ПС проявились отрицательные (4-й тип – 33,3 %, 3-й тип – 30,9 %) и индифферентные (4-й тип – 31,3%, 3-й тип – 32,4 %) характеристики. Для части респондентов образ является противоречивым: одним подросткам с правомерным поведением испытуемые приписывали положительные черты, считая их «нормальными», «как все», а других наделяли отрицательными качествами (4-й тип – 25 %, 3-й тип – 25 %). Положительным образ такого человека является для немногих (4-й тип – 10,4 %, 3-й тип – 11,8 %). Испытуемые указывали на такие черты, как трусость, неумение за себя постоять, называли таких подростков «тихонями», «ботаниками», «маменькиными сынками», выражая при этом свое неприязненное отношение. Отношение к человеку, ведущему законопослушный образ жизни, у подростков 4-го типа выявлено отрицательное (33,3 %) и противоречивое (35,4%). Среди испытуемых 3-го типа оказалось несколько больше тех, кто проявил противоречивое отношение (39,7 %) и меньше тех, кто – отрицательное (27,9%).  Жизнь человека, ведущего правопослушный образ жизни, для подростков данных типов представляется однообразной, скучной, неинтересной (4-й тип – 35,4%, 3-й тип – 22,1 %), связанной с определенными трудностями, выражающимися в неприязненном отношении тех ребят, которые допускают нарушения некоторых норм или правил (прогулы уроков, употребление алкоголя, драки и т.п.) (4-й тип – 29,2 %, 3-й тип – 27,9 %) и лишь для немногих – успешной и комфортной (4-й тип – 18,8 %, 3-й тип – 23,5 %). Однако такая благополучность жизни рассматривается ими не как следствие правомерной позиции человека, а как наличие условий для не совершения правонарушений («конечно, они живут хорошо, у них хорошие родители, есть друзья, им удается хорошо учиться, они думают, у них всё есть»).

Представления респондентов со 2-м типом ПС об образе субъекта законопослушного поведения характеризуются положительно-противоре-чивым, а подростков 1-го типа – положительным содержанием. У подростков 2-го типа чаще были свернутые представления, а образ – положительный (22,5 %), безразлично-положительный (40,4 %) и индифферентный (25,8 %) характер: «нормальные», «обычные», «как все», «хорошо учатся». Более полная идентификация с субъектом законопослушного поведения проявилась у испытуемых с 1-м типом ПС, что выражалось в полных, развернутых ценностно-смысловых его характеристиках (85 %). Они считают такого субъекта умным, серьезным, ответственным, добрым, готовым придти на помощь. В описании его жизни у респондентов 2-го типа выявлены положительные (47,2 %) и нейтральные (38,2%), у подростков 1-го типа положительные характеристики (66 %). Респонденты указывали на хорошую успеваемость в школе, отсутствие серьезных проблем с родителями, учителями, наличие друзей, хорошие отношения с другими людьми.

Представления о преступнике и отношение к нему

При изучении образа субъекта противоправного поведения выявлены достоверно значимые различия в представлениях респондентов (χ2эмп. ≥ χ2кр.; р≤0,05). Для несовершеннолетних с криминогенными дефектами правосознания (4-й тип) в сравнении с остальными респондентами, образ такого человека является преимущественно положительным и имеет развернутую ценностно-смысловую характеристику (64,6 %). Он наделялся положительными и нейтральными чертами (при акценте на положительные). В своих рассуждениях данные несовершеннолетние в отличие от испытуемых с противоречивым правосознанием (3-й тип) наиболее полно идентифицировали себя с таким человеком. Среди положительных черт характера назывались искаженно понимаемые моральные, а также коммуникативные и волевые качества: взаимовыручка, щедрость, жизнерадостность, общительность, умение постоять за себя, не дать себя в обиду. Образ корыстного преступника у подростков 4-го типа имеет положительное содержание при нейтральном отношении к нему (47,9 %). Наибольшую привлекательность и понимание такой человек вызывал у подростков, совершивших преступления аналогичного характера: он назывался сообразительным, смелым, умеющим получить то, что желает. У респондентов 3-го типа представление об их сверстнике,  нарушающем закон, имеет противоречивое (30,9 %) и положительное (29,4 %) содержание с преобладанием положительно-нейтральных характеристик таких лиц («может быть нормальным», «обычным», «веселым») и индифферентным отношением к нему. Данные подростки наряду с положительными качествами приписывали такому индивиду и отрицательные черты.

Образ человека, совершающего преступления, для половины испытуемых с 2-м типом ПС – отрицательный (51,7 %), у остальных он носит противоречивый характер, проявляющийся в приписывании одним подросткам негативных черт, и другим – положительных. Оправдательное отношение наблюдалось, как правило, по отношению к правонарушителям, отрицательное – к преступникам. Условное разделение подростков на «хороших» и «плохих» осуществлялось респондентами по нравственно-волевым качествам: первые представлялись добрыми, смелыми, настоящими друзьями; другие – злобными, агрессивными, жадными и т. п. Отношение к такому человеку – отрицательное. Для подавляющего большинства респондентов с 1-м типом ПС образ преступника имеет негативный личностный смысл (68 %). Представление такого человека у подростков вызвало трудности, выражавшиеся в преобладающем отрицательном отношении к нему, но одновременно в сложности его описания как личности. Уточняющие вопросы, более детальное рассмотрение образа такого субъекта позволило выявить его содержательную характеристику. Подавляющее большинство данных респондентов указали на его отрицательные качества, значительно меньше – на нейтральные. По мнению испытуемых, для такого человека характерны злобность, жадность, агрессивность, черствость, эгоистичность, равнодушие к близким, другим людям и т.п. Испытуемые считают, что такие люди – безответственные, попадающие под негативное влияние других или, наоборот, стремящиеся самоутвердиться, завоевать авторитет таким образом. У некоторых может быть достаточный уровень интеллектуального развития, хорошие знания, но, имея личные эгоистичные цели, они направляют их на совершение преступлений корыстного характера. Отношение к правонарушителю имеет отрицательное содержание.

Представления о жизни лиц, совершающих преступления

Выявлены статистически значимые различия (χ2эмп. ≥ χ2кр.; р ≤ 0,05) в представлениях респондентов о том, какова, на их взгляд, жизнь людей, совершающих преступления. Респондентам с криминогенными дефектами правосознания (4-й тип) и противоречивым правосознанием (3-й тип) жизнь одних преступников представляется интересной, привлекательной, а других  – сложной и трудной (4-й тип – 41,7 %; 3-й тип – 42,6 %) У испытуемых 4-го типа доминировали представления о положительном, интересном времяпрепровождении таких лиц (4-й тип – 35,4 %; 3-й тип –13,2%), хотя указывались сложности и испытания в такой жизни (10,4 %). Несовершеннолетние 3-го типа в большей мере отмечали сложности (19,1 %), но не морально-негативные особенности преступного образа жизни. К позитивным моментам в такой жизни лиц респондентами обоих типов были отнесены: «возможность жить весело, так как им хочется»; «романтика»; «получать то, чего хочется». Негативные моменты связывались с неблагополучными условиями жизни, «вынуждающими» подростков преступать закон (понимающее, сочувствующее отношение – 43,8 %), и реже – с отрицательными последствиями, заключающимися в лишении свободы.

Испытуемым со 2-м типом ПС жизнь человека, совершающего противоправные деяния, представляется непривлекательной (58,4 %) и рассматривалась ими до и после наступления для него уголовной ответственности. До наступления уголовной ответственности жизнь представляется нормальной («как у всех»), «интересной»  – у одних, и «плохой», «сложной» – у других подростков. Испытуемые указывали на наличие определенных неблагополучных условий жизни («плохие родители», «нечего есть», «негде жить»), в силу которых таким подросткам «пришлось» нарушить закон. Описание их жизни во время отбывания наказания имело отрицательное содержание. Негативные последствия наступления уголовной ответственности респонденты видели в лишении свободы, негативных переживаниях, причинении горя близким людям. В исследовании представлений о наличии какого-либо интереса в жизни людей, совершающих противоправные деяния, выявлено, что почти для половины подростков 2-го типа преступная жизнь не представляет никакого интереса (43,8 %). Остальные респонденты этого типа указывали на то, что, возможно, для некоторых несовершеннолетних она окутана романтикой и места лишения свободы вызывают у них интерес. Рассуждения испытуемых (отбывающих наказание в воспитательной колонии) показали, что некоторым из них также было интересно узнать особенности жизни в колонии. Однако после некоторого периода пребывания там такая жизнь не только не стала представлять никакого интереса, но и является для них удручающей. Респондентам 1-го типа жизнь преступника представляется лишенной не только интереса, но и в целом здравого смысла: «глупо так жить, всё равно рано или поздно будешь отвечать», «им приходится скрываться, постоянно думать, чтоб не поймали» (74 %). При этом негативные моменты у них чаще ассоциировались с высокой вероятностью возникновения отрицательных последствий преступлений как для самого преступника, так и для других людей.

Представления о способах достижения людьми материального благополучия

При обсуждении с респондентами способов достижения людьми материального благополучия, у подростков с криминогенными дефектами правосознания (4-й тип), в отличие от иных испытуемых, выявлены убеждения о преобладании преступного способа (70,8 %). Отмечая наличие таких законных возможностей, как работа, труд, испытуемые в то же время указывали, что противоправные способы являются более быстрыми и простыми в достижении финансовой независимости. В отличие от иных респондентов большинство данных несовершеннолетних не рассматривают в качестве верного способа достижения успеха в жизни учебу и хорошее образование (8,3 %). Для несовершеннолетних с противоречивым правосознанием (3-й тип) характерны представления как о противоправных способах материального обогащения (45,6%), так и об использовании для этого законных путей (25,6 %). Важной особенностью правомерных способов подростки считают исключение юридического наказания. Вместе с тем наряду с положительным значением таких способов несовершеннолетние указывали на его недостатки, связанные с низкими заработками, невозможностью быстро и достаточно полно удовлетворить материальные потребности. Представления респондентов с преобладающе законопослушной направленностью (2-й тип) и законопослушной направленностью правосознания (1-й тип) о способах достижения людьми материального благополучия отражают убежденность несовершеннолетних в правомерности таких способов (2-й тип – 79,8 %, 1-й тип – 88 %).  Респонденты 2-го типа указывали на преступный путь как более быстрый и верный способ получения материальной выгоды для некоторых людей (28,1 %). Подростки 1-го типа выражали уверенность в том, что большинство людей становятся обеспеченными благодаря упорной работе, труду, образованности. Работа и хорошее образование – наиболее действенные и разумные способы, позволяющие добиться материальных благ. Преступный же путь рассматривается ими как объективно существующий (16 %), но несущий лично для них негативный смысл, так как связан с нарушением закона и обязательно влечет за собой отрицательные моменты. По мнению этих подростков, тех, кто приходит к материальному благополучию преступным путем, в целом немного.

Представления о распространенности преступности несовершеннолетних и отношение к этому

Для несовершеннолетних с 4-м и 3-м типом ПС характерны убеждения о высоком уровне правонарушений и преступлений, совершаемых подростками. Испытуемые имеют тенденцию воспринимать своих ровесников как потенциально криминогенных, склонных к совершению правонарушений. Они полагают, что более половины из них совершают противоправные деяния, при этом чаще такие убеждения выражали респонденты 4-го типа (более половины – 60,4 % и большинство – 33,3 %). Среди подростков этого типа оказалось почти вдвое больше тех, кто положительно, сочувствующее относится к преступлениям несовершеннолетних (4-й тип – 58,3 %; 3-й тип – 36,8 %). Для остальных характерно безразлично-неодобрительное (4-й тип – 22,9 %, 3-й тип – 44,1 %) и безразлично-одобрительное (4-й тип – 14,6 %; 3-й тип – 8,8 %) отношение.

Несовершеннолетние со 2-м типом ПС также склонны думать, что достаточно много подростков  нарушают закон (более половины – 51,7 %). Однако в отличие  от респондентов 4-го и 3-го типов они выражали отрицательное отношение к противоправным деяниям их сверстников (75,5 %). В тоже время такое отношение у половины из них носило безразличный характер, отражало императивный характер права и выражалось в неразвернутых представлениях: «отношусь к этому плохо, потому что так поступать нельзя», «потому что это плохо». Также в их рассуждениях в основном проявлялось осуждение преступлений и значительно реже – правонарушений (незначительных, по мнению респондентов, проступков) подростков. Положительное отношение характерно для незначительной части несовершеннолетних этого типа (15,7 %). Достоверно значимо отличаются убеждения респондентов с законопослушной направленностью правосознания (1-й тип). У данных подростков сложились представления о низком уровне преступности среди несовершеннолетних: они полагают, что лишь немногие их сверстники нарушают закон (46 %). У подавляющего большинства из них выявлено негативное отношение к противоправным деяниям (70 %). Их суждения были развернуты и отражали личное осуждающее отношение, что выражалось в категорично отрицательной характеристике преступных деяний.

Представления о возможности оправдания правонарушений и преступлений, совершаемых подростками

Большинство несовершеннолетних с криминогенными дефектами правосознания (4-й тип) считают возможным оправдание противоправных действий их сверстников (60,4 %). По мнению респондентов, к совершению подростками преступлений приводит неблагополучное положение в семье и употребление алкоголя («совершил по глупости, потому что был пьян»). Ещё одной отличительной особенностью оправдательно-сочувствующего отношения выступают неверно понимаемые ими чувства товарищества, дружбы, достоинства, дружеского долга, а также в целом искаженный взгляд на жизнь («у кого какая судьба: у одних – жизнь хорошая, а у других – плохая, вот они и воруют»; «каждому в этой жизни своё: если человек что-то совершил, значит такая у него судьба»). Исследование показало, что такие подростки не чувствуют собственной ответственности за происходящие с ними события, причины своего противоправного поведения они видят преимущественно во внешних обстоятельствах. И всего лишь 2,1% респондентов не нашли оснований для оправдания преступлений. У остальных испытуемых этого типа представление оказалось несформированным (37,5 %). Более половины респондентов с 3-м и  2-м типами ПС допускают возможность оправдания противоправных действий несовершеннолетних в зависимости от обстоятельств, которые имели место до или во время совершения таких деяний (3-й тип – 64,7 %, 2-й тип – 55,1 %). Убеждения данных испытуемых говорят о том, что причины нарушения закона заключаются во внешних факторах и обстоятельствах. Обстоятельствами, «способствующими», «вынуждающими» нарушить закон, по их мнению, могут быть плохие взаимоотношения с родителями, учителями, отсутствие средств на питание, сверстники отрицательной направленности, алкогольное опьянение. Склонность к приписыванию большинством респондентов причин поведения внешним факторам и снятию личной ответственности за свое поведение проявилось в их убеждениях о наличии определенных причин совершения самими испытуемыми преступного деяния в будущем. В то же время по сравнению с испытуемыми 4-го типа среди подростков 3-го и 2-го типов вдвое меньше тех, кто однозначно склонен оправдывать совершение подростками преступлений (3-й тип – 14, 7 %, 2-й тип – 10,1 %). Непримиримое отношение к нарушению закона вдвое чаще выражали респонденты 2-го типа (3-й тип – 11,8%, 2-й тип – 24,7 %).

Достоверно значимо отличаются представления подростков с 1-м типом ПС от представлений респондентов 2-го типа (χ2эмп. = 13,4; р ≤ 0,005). Они выражали осуждение всех правонарушений совершаемых их ровесниками, и считают невозможным их оправдать (70 %). Убеждения испытуемых отражали уверенность в необходимости соблюдения закона всеми без исключения, а также в том, что противоправное деяние обязательно связано с наступлением отрицательных последствий для конкретных лиц и общества в целом. Лишь немногие допускали возможность оправдания преступных действий подростков в зависимости от обстоятельств. Однако круг таких обстоятельств значительно уже, чем у иных респондентов и касается асоциального образа жизни семьи, в которой живет подросток («родители пьют, не заботятся о ребенке»). Такие неблагоприятные жизненные условия, по их убеждению, препятствуют удовлетворению подростком элементарных потребностей (в частности, в пище, безопасности, любви).

Переживания, чувства, которые испытывал несовершеннолетний после совершения противоправного деяния, а также после назначения ему наказания

Более половины представителей с 4-м тип ПС в отличие от иных респондентов испытывали чувство досады в связи с тем, что не удалось уйти от ответственности, а также злобу на потерпевших и сотрудников органов внутренних дел. Другие отмечали, что по поводу совершенного ими преступления и причинения вреда они «ничего особенного не чувствовали», «не задумывались», «было всё равно». Переживания в виде сожаления, раскаяния по поводу совершенного преступления у большинства из них отсутствовали. Респонденты с 3-м тип правосознанием также отмечали, что после совершения противоправного деяния ничего особенного не чувствовали. После применения наказания некоторые испытывали волнение, «неприятный осадок», тревогу по поводу реакции родителей. Подростки со 2-м типом ПС чаще указывали на неприятные чувства, беспокойство, опасение, что станет известно родителям.

Представления о сотруднике милиции и отношение к нему

У респондентов с 4-м типом ПС в отличие от остальных испытуемых, образ сотрудника – отрицательный (43,8 %) и нейтральный (28,9 %). Данным подросткам он представляется равнодушным, беспринципным, несправедливым, корыстным, ориентированным на наказание, а не на помощь. Отношение к нему у таких испытуемых выявлено отрицательное. Достоверно значимо отличаются представления испытуемых 3-го типа (χ2эмп..=15,2; р ≤  0,005). Испытуемые с 3-й типом ПС наделяли одних положительными, а других – отрицательными чертами. В отличие от респондентов 4-го типа среди данных подростков вдвое меньше тех, кто давал отрицательную характеристику (19,1 %). Для большинства подростков с 1-м типом ПС образ сотрудника милиции является положительным (51%), а со 2-м типом образ одних сотрудников – положительный, а других – отрицательный (49,4 %). Рассуждения испытуемых характеризовались полнотой, содержательностью. Одним сотрудникам приписывались такие черты, как мужественность, смелость, желание помочь людям, другим –  желание наказать, а не помочь, злоупотребление служебным положением, равнодушие. Применение ЦТО обнаружило положительный компонент отношения подростков данных типов к образу сотрудника милиции.

 


Библиографический список
  1. Moscovici S., Europ. J. Preconditions for explantation in social representation // of Social Psychology. – 1989. – Vol. 19, № 5. – P. 407–430
  2. Grand dictionnaire de la psychologie / H. Bloch [et al.]. – Paris : Larousse, 1991. – 862 p
  3. Абульханова-Славская К.А. Социальное мышление личности / Современная психология: состояние и перспективы исследований: материалы юбилейн. науч. конф., Москва, 28–29 янв.2002 г. : в 3 ч. / Рос. акад. наук, Ин-т психологии ; отв. ред. А.В.Брушлинский, А.Л. Журавлев. – М., 2002. – Ч. 3 : Социальные представления и мышление личности. – С. 88–103
  4. Голубева Л.М. Формирование правосознания несовершеннолетних. Фрунзе: Мектеп, 1986.
  5. Долгова А.И. Криминологические исследования взаимосвязи правосознания и преступности // Криминологические проблемы правосознания и общественного мнения о преступности : сб. науч. тр. : по материалам совет. и чехосл. исслед. / Всесоюз. ин-т по изучению причин и разраб. мер предупреждения преступности ; под ред. и со вступ. ст. И.И.Карпеца, И. Незкусила. М.; Прага, 1986.
  6. Ратинов А.Р., Г.Х. Ефремова Правовая психология и преступное поведение: теория и методология исследования. Красноярск: Краснояр. ун-т, 1998.
  7. Щегорцев В.А. Социология правосознания.  М.: Мысль, 1981.
  8. Пастушеня А.А. Криминогенная сущность личности преступника: методология познания и психологическая концепция. Минск: Акад. МВД Респ. Беларусь, 1998.
  9. Бажин Е.Ф. Цветовой тест отношений: Методические рекомендации. СПб., 1993.


Все статьи автора «Схопчик Ольга Эдуардовна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: