УДК 159.922

ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ ЭМПАТИИ У МАЛЬЧИКОВ С НОРМАЛЬНЫМ И ЗАДЕРЖАННЫМ ТЕМПОМ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ, ВОСПИТЫВАЮЩИХСЯ В УСЛОВИЯХ ОТЦОВСКОЙ ДЕПРИВАЦИИ

Семенова Лидия Эдуардовна1, Шашкина Наталия Павловна2, Барменков Юрий Вячеславович3
1Нижегородский государственный педагогический университет имени Козьмы Минина (Мининский университет), доктор психологических наук, доцент, профессор кафедры классической и практической психологии
2Нижегородский государственный педагогический университет имени Козьмы Минина (Мининский университет), аспирантка кафедры классической и практической психологии
3Нижегородское отделение Международного медико-психологического объединения «Доктор Борменталь», психолог, выпускник факультета психологии и педагогики Нижегородского государственного педагогического университета имени Козьмы Минина (Мининский университет)

Аннотация
В статье рассматривается проблема личностного развития мальчиков в условиях отцовской депривации. Представлены результаты сравнительного исследования специфики проявления эмпатии у мальчиков младшего школьного возраста с нормальным и задержанным темпом психического развития, воспитывающихся с участием и без участия отца.

Ключевые слова: дети с задержкой психического развития, отцовская депривация, эгоцентрическая и гуманистическая эмпатия


PECULIARITIES OF MANIFESTATION OF EMPATHY IN BOYS WITH NORMAL AND IMPAIRED RATE OF MENTAL DEVELOPMENT, LIVING IN PATERNAL DEPRIVATION

Semenovа Lidia Eduardovna1, Shashkina Natalia Pavlovna2, Barmenkov Yury Vyacheslavovich3
1Nizhny Novgorod state pedagogical University of Kozma Minin (Minin University), doctor of psychological sciences, associate professor, professor of the department of classical and practical psychology
2Nizhny Novgorod state pedagogical University of Kozma Minin (Minin University), postgraduate student of the department of classical and practical psychology
3Nizhny Novgorod branch of the International medico-psychological Association «Doctor Bormental», psychologist, graduate student of the faculty of psychology and pedagogy of Nizhny Novgorod state pedagogical University of Kozma Minin (Minin University)

Abstract
In the article the author considers the problem of personal development of boys in terms of paternal deprivation. The results of a comparative study of the specificity of the existence of empathy in boys of primary school age with normal and impaired rate of mental development, growing up with and without father is presented.

Keywords: children with mental retardation, egocentric and humanistic empathy, paternal deprivation


Рубрика: Психология

Библиографическая ссылка на статью:
Семенова Л.Э., Шашкина Н.П., Барменков Ю.В. Особенности проявления эмпатии у мальчиков с нормальным и задержанным темпом психического развития, воспитывающихся в условиях отцовской депривации // Психология, социология и педагогика. 2015. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://psychology.snauka.ru/2015/09/5801 (дата обращения: 22.11.2016).

В конце ХХ – начале XXI века в нашей стране произошли глобальные изменения, оказавшие существенное влияние на жизнь россиян и систему их ценностей. Подвергся трансформациям и один из важнейших социальных институтов – семья, включающий в себя такой феномен как отцовство [1]. Однако нельзя не согласиться с мнением специалистов, которые заявляют о том, что проблема отцовства пока еще мало представлена в исследовательских разработках и является для российской науки относительно новой [5]. Не исключением является и психология, где феномен отцовства и его роли в жизни и развитии как детей, так и самого мужчины все еще остается малоизученным.

При этом особую актуальность эта проблема приобретает в связи с постоянным ростом числа неполных, прежде всего, материнских семей, где развитие ребенка протекает в особых средовых условиях, вызванных отцовской депривацией.

Не менее актуальной для современного российского общества признается и проблема снижения значимости нравственных ценностей, «испарения морали», духовной деградации подрастающего поколения [2; 15; 16 и др.]. А ведь, как известно, очень многие исследователи однозначно относят моральные ценности к числу исключительно важных для развития культуры, для того, чтобы люди могли достойно жить, а не просто выживать [3; 16 и др.]. Еще Л.Н.Толстой утверждал, что «…из всех наук, которые человек может и должен знать, – главнейшая есть наука о том, как жить, делая как можно меньше зла и как можно больше добра; и из всех искусств – главнейшее есть искусство уметь избегать зла и творить добро…», а вторивший ему Я.Корчак лаконично сформулировал образ высоко нравственного человека, вложив его уста слова: «Я никому не желаю зла. Не умею. Не знаю, как это делается».

По имеющимся в психологической литературе данным отсутствие участия отца в жизни и воспитании ребенка оказывает серьезное влияние на личностное становление девочек и мальчиков, на усвоение культурных ценностей, развитие чувства ответственности, способность к эмпатии и т.п. [6; 9; 11; 12; 14 и др.].

Несмотря на наличие мужской гендерной нормы эмоциональной твердости [4], существует мнение, что именно участие отца в заботе о детях, его эмоциональная включенность в процесс их развития приводит к более гармоничному развитию эмоциональной сферы мальчиков [5; 10].

Известно, что эмоциональное развитие, как и любое другое, не происходит стихийно, а осуществляется на основе целенаправленного воспитания. На эмоциональное развитие влияют взрослые, с которых ребенок берет пример, от которых получает положительную или отрицательную оценку своего поведения. В этом плане А.В.Запорожец подчеркивал огромную роль в воспитании чувств «авторитетного для ребенка взрослого» [8], которым для большинства мальчиков является близкий мужчина, отец [10]. Его взаимоотношения с окружающими, его поведение, аффективные реакции на происходящее задают ребенку эталон не только способов действия, но и эмоционального отношения к людям, служат образцом для аффективного подражания. Именно поэтому забота мужчины (отца) об окружающих, его доброжелательное и гуманное отношение к другим, могут способствовать развитию таких же отношений у мальчика, помогают ему стать более эмпатийным.

Эмпатия является одним из высших социальных чувств, которое не возникает стихийно, и имеет самую непосредственную связь с моральным развитием личности, ее нравственностью. Именно в эмпатии находят точки пересечения все выше обозначенные нами проблемы. Поэтому, учитывая этот факт, мы организовали и провели собственное эмпирическое исследование, целью которого стало сравнительное изучение характера проявления эмпатии у мальчиков младшего школьного возраста с нормальным и задержанным темпом психического развития, воспитывающихся в неполных (материнских) семьях без участия отца и в полных семьях при участии отца.

Подчеркнем, что наш интерес к мальчикам с задержанным темпом психического развития (ЗПР) был обусловлен тем, что, во-первых, на сегодняшний день отечественная психология располагает очень небольшим количеством данных относительно специфики личностного развития мальчиков с ЗПР, подверженных отцовской депривации, а во-вторых, многочисленностью категории этого варианта детского дизонтогенеза, при котором имеет место сочетание эмоциональной незрелости и интеллектуального недоразвития, что не может не отражаться на своеобразии развития эмпатии и гуманного отношения в целом, и одновременно становится фактором риска для появления аморального поведения мальчиков.

Как убедил нас анализ психологической литературы, в настоящее время отечественными исследователями уже накоплены некоторые отдельные факты относительно специфики проявления эмпатии применительно к этапу раннего дизонтогенеза, в том числе касающиеся детей с ЗПР [7]. Суть этих специфических особенностей сводятся к следующим:

- замедленный по сравнению с возрастной нормой темп формирования эмпатии у детей с ЗПР, меньшая выраженность ее действенного компонента, т.е. желания помочь и большая выраженность ориентации при ее возникновении на внешние признаки неблагополучия другого индивида;

- опосредованность связи эмпатии и уровня интеллектуального развития у детей с ЗПР сложностью условий проявления эмпатии и видом ее объекта (взрослый, сверстник, животное), а именно – наличие этой связи в сложных ситуациях и по отношению к сверстнику и ее отсутствие в простых ситуациях и по отношению к взрослому и животному.

Однако этими данными практически полностью исчерпывается научная информация относительно эмпатии детей с ЗПР, причем особенности проявления эмпатии у мальчиков с ЗПР, воспитывающихся в условиях отцовской депривации, еще не стали предметом научного анализа в отечественной психологии.

Поэтому мы посчитали целесообразным выявить и описать эти особенности в сравнении с проявлениями эмпатии у мальчиков с ЗПР из полных семей и мальчиков с нормальным психическим развитием (НПР) из неполных (материнских) и полных семей. При этом, опираясь на уже имеющиеся в психологии данные, в качестве гипотезы мы сформулировали следующее предположение: независимо от темпа психического развития у мальчиков младшего школьного возраста, воспитывающихся в условиях отцовской депривации, будет преобладать эгоцентрический характер эмпатии, тогда как у их сверстников, воспитывающихся в полных семьях, проявление эмпатии будет зависеть от темпа психического развития и носить гуманистический характер преимущественно у мальчиков с НПР.

Для изучения характера эмпатии использовалась методика Т.П.Гавриловой «Неоконченные рассказы».

В нашем исследовании принимали участие мальчики младшего школьного возраста; из них 30 испытуемых с ЗПР (15 воспитываются в условиях отцовской депривации и 15 – в полных семьях) и 30 испытуемых с НПР (15 из неполных (материнских) семей и 15 – из полных).

Кратко изложим полученные нами результаты.

Итак, согласно полученным нами результатам, у всех мальчиков с ЗПР, воспитывающихся матерью без участия отца, наблюдался исключительно эгоцентрический характер эмпатии, при котором дети не пытаются понять чувства другого, а ориентированы только на свои собственные переживания и решают содержащиеся в методике неоконченные проблемные ситуации в свою пользу. В свою очередь у мальчиков с ЗПР из полных семей преобладание эгоцентрической эмпатии было уже не столь очевидно, поскольку она встречалась лишь у 53% испытуемых, тогда как у 47% было констатировано преобладание гуманистического характера эмпатии. Однако стоит отметить, что особенно ярко проявление гуманистической эмпатии наблюдалось в отношении животного – собаки (в ряде случаев она встречалась даже у тех, у кого в итоге выявлялось доминирование эгоцентрической эмпатии), реже – в отношении взрослого, и всего у трех детей – в отношении сверстника.

Для сравнения у мальчиков с НПР были получены несколько иные результаты. Так, у большинства испытуемых, воспитывающихся в условиях отцовской депривации (87%), тоже было зафиксировано преобладание эгоцентрического характера эмпатии. Но в отличие от сверстников с ЗПР были среди них и те, у кого проявлялась гуманистическая эмпатия, способность сопереживать, сочувствовать и откликаться на эмоциональное состояние другого (13%, т.е. 2 ребенка). Вместе с тем однозначно более ярко выраженное преобладание гуманистической эмпатии над эгоцентрической наблюдалось и в группе мальчиков с НПР, воспитывающихся в полных семьях: первая встречалась у 73% испытуемых, вторая – у 27%, соответственно, что позволяет говорить о полноценном эмоциональном и нравственном развитии большинства мальчиков с НПР из полных семей. При этом было установлено отсутствие зависимости частоты проявления гуманистической эмпатии от ее объекта (взрослый, сверстник, животное), поскольку во всех ситуациях практически все испытуемые с НПР вели себя схожим образом.

Таким образом, мы получили результаты, свидетельствующие о преобладании совершенно разного характера эмпатии у мальчиков из полных и неполных (материнских) семей при общем преобладании эгоцентрической эмпатии у испытуемых с ЗПР, что может быть обусловлено не только фактом отсутствия отцовского влияния, но и общей эмоциональной и интеллектуальной незрелостью этих детей.

Далее для подтверждения своей гипотезы мы провели сравнительный анализ с использованием F-критерия Фишера для определения степени достоверности различий между испытуемыми с НПР и ЗПР, с одной стороны, и внутри каждой из этих групп между мальчиками из полной и неполной семьи, с другой.

Заметим, что F-критерий Фишера был выбран нами в соответствии с его назначением, т.е. для сопоставления двух выборок по частоте встречаемости интересующего эффекта [13]. В нашем случае это гуманистический и эгоцентрический характер эмпатии у мальчиков младших школьников, воспитывающихся при участии и без участия отца как в группе испытуемых с ЗПР, так и в группе испытуемых с НПР, и между ними, соответственно.

Итак, проведенный нами сравнительный анализ частоты встречаемости гуманистического и эгоцентрического характера эмпатии у мальчиков с ЗПР из полных и неполных семей показал наличие достоверно значимых различий (φ=4,14 при p≤0,01), также как и у испытуемых с НПР (φ=3,59 при p≤0,01), что подтверждает факт преобладания у мальчиков, воспитывающихся в условиях отцовской депривации, проявлений эгоцентрической эмпатии, а у их сверстников, воспитывающихся в полных семьях, проявлений гуманистической эмпатии.

Что же касается результатов сопоставления преобладающего характера эмпатии у наших испытуемых с ЗПР и НПР, то здесь мы получили достоверно значимые различия только у мальчиков, воспитывающихся в условиях отцовской депривации (φ=2,02 при p≤0,05), свидетельствующие о преобладании гуманистической эмпатии у детей с НПР, а эгоцентрической – у детей с ЗПР. В то же время между группами испытуемых с ЗПР и НПР из полных семей достоверно значимые различия отсутствовали (φ=1,47). Иными словами, наша гипотеза нашла свое частичное подтверждение. Как мы и предполагали, независимо от темпа психического развития у мальчиков младшего школьного возраста, воспитывающихся в условиях отцовской депривации, со всей очевидностью доминирует эгоцентрический характер эмпатии, что позволяет нам утверждать факт влияния участия отца в воспитании сына и заботы о нем на развитие у мальчиков гуманных чувств. Однако вопреки нашим предположениям темп психического развития обусловливает не столько различия в характере эмпатии у мальчиков из полных семей, сколько преобладание гуманистической эмпатии у мальчиков с НПР из неполных (материнских) семей.

Резюмируя и обобщая фактические данные нашего исследования и опираясь на материалы, представленные в психологических первоисточниках, мы можем связать эгоцентрический характер эмпатии с влиянием следующих факторов, которые, как правило, имеют место при наличии отцовской депривации, а именно: гиперопекающее, инфантилизирующее поведение матери по отношению к ребенку, когда мальчик начинает воспринимать отношения с окружающими как непрерывное угождение его желаниям, что исключает возможность понимания и учета чувств другого, а, следовательно, и формирование гуманистического характера эмпатии.

Мы вполне допускаем, что подобного рода факторы могут сказываться и на становлении эмпатии девочек с нормальным и задержанным темпом психического развития, а не только мальчиков. Однако для того, чтобы утверждать это, необходимо проведение специального исследования.


Библиографический список
  1. Актуальные проблемы родительства в России / Отв. ред. Т.А.Гурко. М.: Институт социологии РАН, 2013. 209 с.
  2. Антипов М.А., Исполатова А.А. Нравственная деградация как актуальная проблема современного общества // Социосфера. 2012. №2. С. 11-13.
  3. Асмолов А.Г. Непройденный путь: от культуры полезности – к культуре достоинства // Вопросы психологии. 1990. №5. С. 5-13.
  4. Берн Ш. Гендерная психология. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2001. 318 с.
  5. Борисенко Ю.В. Психология отцовства. М.-Обнинск: «ИГ-СОЦИН», 2007. 220 с.
  6. Борисова И.В. Особенности самосознания личности детей 10-15 лет из полных и неполных семей: дис. … канд. психол. наук. М., 1996. 186 с.
  7. Глоба Н.В. Психологический анализ эмпатии у детей с задержкой психического развития (младший школьный возраст): автореф. дис. … канд. психол. наук. М., 2008. 26 с.
  8. Запорожец А.В. Психическое развитие ребенка // Избранные психологические труды: В 2-х тт. Том1. М.: Педагогика, 1986. 320 с.
  9. Кон И.С. Ребенок и общество. М.: Академия, 2003. 336 с.
  10. Кон И.С. Мужчина в меняющемся обществе. М.: Время, 2009. 496 с.
  11. Кочубей Б.И. Мужчина и ребенок. М.: Знание, 1990. 80 с.
  12. Пастухова М.В. Психологические аспекты проблематики девиантного отцовства // Женщина в российском обществе. 2011. №2. С. 87-92.
  13. Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. СПб.: Речь, 2003. 350 с.
  14. Старостина Л.Д. Роль отца в психическом развитии ребенка // Вестник ЯГУ. 2008. Том 5. №3. С. 74-80.
  15. Шустова Н.Е., Гриценко В.В. Социально-психологическая адаптация молодежи и отношение к социальным нормам // Психологический журнал. 2007. №1. С. 46-57.
  16. Юревич А.В., Ушаков Д.В. Нравственность в современной России [Электронный ресурс] // Психологические исследования. 2009. №1(3): URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 13.08.2015).


Все статьи автора «Семенова Лидия Эдуардовна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация