В настоящее время в отечественной науке ещё не сложилась общепризнанная типология синергии: как правило, используются классификации синергии, предлагаемые зарубежными исследователями. Однако, эти типологии не всегда позволяют классифицировать возникающие на практике проявления синергии. Такое положение дел предопределяет поиск адекватной существующей практике типологии синергии.

Одна из них предложена автором данной работы. Исходя из критерия субъекта «производства» синергии, можно выделить:

- социетальную синергию;

- организационную синергию;

- синергию индивида [2, с. 11 – 12].

Однако, по мнению автора, психотерапевтическая практика предопределяет необходимость совершенствования данной типологии синергии. Этому и посвящена данная работа.

Если совершенствовать классификацию синергии исходя из того, кем она «произведена» (т.е. по субъекту «производства»), то «подсказкой» может послужить пример из личной психотерапевтической практики, описанный американским психологом Карлом Роджерсом [3]. Причём он начал текст с того, что это, по его словам, «пока нельзя исследовать эмпирически».

Ниже следует текст К. Роджерса.

«Когда я нахожусь в наилучшей форме как фасилитатор или терапевт, т.е. когда я ближе всего к моему внутреннему, интуитивному Я, когда я каким-то образом соприкасаюсь с неизвестным во мне, когда, возможно, я нахожусь в слегка измененном состоянии сознания, тогда всё, что бы я не делал, оказывается целительным. Тогда просто моё присутствие освобождает и помогает. Я не могу ничего сделать, чтобы вызвать это состояние, но когда я могу расслабиться и стать ближе к своей трансцендентальной сущности, тогда я в отношении с клиентом могу вести себя странно и импульсивно, чему я не могу найти рациональных оправданий и что никак не связано с моими мыслительными процессами. Однако каким-то странным образом такое поведение оказывается верным. В такие моменты кажется, что мой внутренний дух вышел вовне и прикоснулся к внутреннему духу другого человека. Наше отношение транцендирует себя и становится частью чего-то большего. Имеет место существенные и очевидные рост, исцеление, энергия» [3, с. 50].

Итак, можно констатировать следующее. С одной стороны известно, что К. Роджерс был психотерапевтом высочайшей квалификации, т.е. был высококомпетентным человеком в области своей профессиональной деятельности (это сфера рационального). В то же время, описывая своё состояние, в котором он иногда находился во время психотерапевтической работы с клиентом, Роджерс не мог объяснить его рационально («тогда я, – констатировал автор,- в отношении с клиентом могу вести себя странно и импульсивно, чему я не могу найти рациональных оправданий и что никак не связано с моими мыслительными процессами»). И он не исключил, что находился в это время в «слегка изменённом состоянии сознания» (это сфера нерационального, причем на высшем или, возможно, точнее – тончайшем уровне восприятия).

Следствием работы мастера высочайшей квалификации, каким был К. Роджерс, с рациональным (сфера сознания) и нерациональным (сфера подсознания) своих клиентов в психотерапевтическом режиме, сочетающим совокупность рационального и нерационального воздействия стало получение положительного психотерапевтического эффекта у клиентов («имеют место существенные и очевидные рост, исцеление, энергия, – констатировал К. Роджерс»).

Очевидно, что в данном случае описывается взаимодействие в процессе психотерапевтического сеанса, которое можно охарактеризовать как синергийное (поскольку взаимодействие осуществлялось на очень высоком уровне согласованности и был получен очевидный и очень существенный психотерапевтический результат). Причём «производство» синергии происходило одновременно на двух уровнях (что, по-видимому, порождало дополнительный – кумулятивный – эффект). Один уровень «производства» синергии – это синергийное взаимодействие на высочайшем уровне внутренних психических структур психотерапевта (сознания и подсознания). В этом случае «производится» синергия индивида. Другой уровень, на котором синергия «производится» вследствие согласованного взаимодействия психотерапевта с клиентом. В этом случае клиент, изначально являясь объектом воздействия со стороны психотерапевта, в процессе совместной с ним работы становится его партнёром. А психотерапевт в этом случае в процессе партнёрского психотерапевтического взаимодействия с клиентом выполняет роль катализатора активности клиента. И они уже оба в режиме такого взаимодействия являются субъектами «производства» синергии. Причём активизирующая роль психотерапевта осуществляется в режиме его погружения в своё интуитивное при максимальном приближении к своему внутреннему Я.

Синергию, полученную в результате взаимодействия двух индивидов, по основанию (критерию) субъекта «производства» можно назвать дуальной. Происходит резонансное «наложение» синергии индивида (психотерапевта в данном случае) и дуальной синергии (полученной в результате взаимодействия психотерапевта и клиента), что порождает их взаимное усиление (синергия синергии), т.е. кумулятивный синергийный эффект.

Как на практике проявляется полученный таким образом синергийный эффект и в виде какого психотерапевтического эффекта он проявляется для клиентов, описал один из участников психотерапевтических семинаров К. Роджерса.

«Это было глубокое духовное переживание. Я чувствовал единство духа нашей группы. Мы дышали вместе, чувствовали вместе, даже говорили друг за друга. Я чувствовал мощь «жизненной силы» (чем бы она ни была), наполнявшей каждого из нас. Я ощущал её присутствие без привычного деления на «я» и «ты» – это было похоже на медитативное ощущение. Когда я чувствовал себя центром сознания. И вместе с этим экстраординарным ощущением единства никогда ещё так ясно не сохранялась настоящая отдельность каждого человека» [3, с. 50].

Анализируя своё состояние и состояние клиентов при описанном режиме работы в группе, К. Роджерс рассматривал его не просто как следствие использования определённой психотерапевтической техники, метода, а в основе видел скорее исходную философию. Таким образом, в этом случае работа психотерапевта с клиентами происходит как бы на двух уровнях одновременно: уровень техники (метода) и уровень «философии» или как ещё называл его Роджерс «Трансцендентного» (духовного). И эти уровни работы у такого профессионала, как К. Роджерс, на самом деле были слиты в одно неразрывное цельное действие.

Проанализировав каждый уровень отдельно, в контексте рассматриваемой темы («производство» дуальной синергии в психотерапевтической практике) можно выделить некоторые синергийные характеристики каждого.

1. Уровень техники (метода): его технологичное использование (рациональное) в парадигме клиентоцентрированного / человекоцентрированного подхода предполагает со стороны психотерапевта определённое эмоциональное «сопровождение» клиента (нерациональное): принятие, сопереживание и т.п. В работе психотерапевта происходит соединение рационального и нерационального и если достигается положительный психотерапевтический результат, то можно говорить, что полученный синергийный эффект стал проявлением дуальной синергии. В данном случае полученный результат (а, следовательно, «произведённая» синергия) есть результат высокопрофессиональной технологичной работы психотерапевта.

2. Уровень трансцендентного, духовного («философии»): может быть достигнут на базе обязательного и грамотного использования техники (метода). Но в данном случае технику (метод) использует профессионал высочайшей квалификации на высочайшем профессиональном уровне (гораздо выше стандартного). Причём это человек, обладающий очень глубокими и разнообразными знаниями в области свой профессиональной деятельности. Т.е. в данном случае рациональное находится на гораздо более высоком, чем обычный добротный профессиональный уровень компетенций (на уровне предела знаний и умений в данной области деятельности на рассматриваемый момент). В то же время это профессионально высококомпетентный человек, прекрасно владеющий собой, своей психикой и умеющий достигать необходимых для высокопрофессиональной работы психических состояний. Согласуясь с гуманистической нравственно-этической концепцией клиентоцентрированного / человекоцентрированного подхода в работе психотерапевта, это даёт также такое его внутреннее состояние, которое сам специалист не связывает с мыслительными процессами (сфера нерационального). Причём, судя по испытываемым ощущениям психотерапевта, его клиентов и последствиям их взаимодействия – это высший уровень проявлений области нерационального. Т.е. в данном случае, опираясь на описание состояний и психотерапевта, и его клиентов, можно констатировать «производство» дуальной синергии. И полученный психотерапевтический эффект (а, следовательно, «произведенная» синергия) – это следствие синергийного взаимодействия высочайшего уровня знаний и умений и трансцендентного (высочайшего) состояния своего «Я» мастера. В свою очередь это породило вследствие резонансного эффекта соответствующее состояние клиентов высочайшего уровня. Следствием стал синергийный эффект в виде дуальной синергии, что обеспечило необходимый психотерапевтический эффект клиентов.

Подводя итог вышесказанному, есть смысл обратиться снова непосредственно к высказываниям К. Роджерса.

«…изначально человекоцентрированный подход – это способ существования, который выражается в установках и поведении, создающих климат, способствующий росту и развитию. Это, скорее, исходная философия, нежели просто техника или метод. Когда эта философия существует, она помогает людям. Она придает силы индивиду, и, как показывает опыт, если эта личная сила ощущается, она используется в целях личной или социальной трансформации» [3, с. 50]. И дальше Роджерс продолжил: «Человекоцентрированный способ бытия в психотерапии ведет к процессу самоисследования и самовскрытия клиента и в конечном итоге – к конструктивным изменениям в его личности и поведении».

Очевидно, что если рассматривать клиентоцентрированный / человекоцентрированный подход в психотерапии с позиции «производства» синергии, то это подход, который обеспечивает достижение высокого синергийного потенциала субъектов терапевтического взаимодействия (психотерапевта и клиента или клиентов) как каждого в отдельности, так и всех вместе и, соответственно, возможность получения эффекта синергии, т.е. положительного психотерапевтического эффекта (причём максимального) для клиента (клиентов).

Относительно же классификации синергии, можно констатировать, что психотерапевтическая практика К. Роджерса продемонстрировала «производство» наряду с синергией индивида, также и дуальную синергию.