Подростковый возраст –  период интенсивного развития сознания и самосознания, поиска путей личностного самоопределения, формирования смысловых составляющих целостного образа мира как системы представлений о предметной и социальной реальности и себе самом, существующих в сознании как единство чувственной ткани, значений и личностных смыслов  [6, 7, 9, 12].  Система базисных смысловых образований  – основных параметров мировосприятия – выполняет интегративную функцию в образе мира. Система смысловых образований определяет особенности восприятия подростками прошлого и актуального опыта, построение образа будущего,  стратегии поведения, способы социально-психологической адаптации к меняющимся жизненным условиям. С одной стороны,  базисные смысловые образования являются инвариантными по отношению к отдельному субъекту; с другой стороны, на уровне индивидуального функционирования они приобретают конкретное содержание, обусловленное спецификой жизненного опыта формирующейся личности подростка [1, 2, 5].

В подростковом возрасте  представления о мире и себе самом приобретают дифференцированное содержательное наполнение, становятся реалистичными и детализированными, включают в себя  субъективную  жизненную перспективу, личные и социальные планы. Образ мира подростка  включает в себя универсальные, групповые и индивидуальные характеристики, формирующиеся в под влиянием различных биосоциальных факторов в контексте взаимодействия подростков с жизненной средой в современной социокультурной ситуации [3].

По данным ряда исследований, ключевыми биосоциальными детерминантами становления образа мира подростков выступают пол, возраст, условия воспитания и обучения, характер взаимоотношений в родительской семье, состояние здоровья [3, 4, 8, 11, 13 и др.]. Однако в настоящее время проблема  биосоциальных детерминант становления образа мира  в подростковом возрасте остается малоизученной.

В проведенном нами эмпирическом исследовании приняли участие 122 подростка в возрасте от 14 до 17 лет. Из них: 69 юношей, 53 девушки; 46 подростков воспитываются в дисфункциональных, 76 – в нормально функционирующих родительских семьях; 28 подростков имеют хронические соматические заболевания, 94 подростка практически здоровы.

Для исследования смысловых характеристик образа мира были использованы следующие методики: карта экспертной оценки социально-демографической ситуации и поведения подростков; «Измерение скуки в свободное время» (С. Воданович, С. Касс, в адаптации Е.В.Рохиной);  «Подростковый миф» (Д. Лэпсли, в адаптации Т.В. Рябовой); «Неоконченные предложения» Сакса и Леви;  «Психологические проблемы подростков» (Регуш Л.А., Алексеева Е.В., Орлова А.В., Пежемская Ю.С.), модификация методики ЦТО «Жизненный мир» (Королева Н.Н., Богдановская И.М.);  проективные рисуночные тесты «Мой мир», «Мир наоборот»; «Шкала риска дезадаптации» Малковой Е.Е.

Полученные результаты позволили выявить особенности смысловых составляющих образа мира подростков в зависимости от факторов пола, возраста, состояния здоровья, семейной среды.  Как видно из таблицы 1, смысловые составляющие образа мира имеют специфику, обусловленную полом подростков. Так, по результатам анализа данных рисуночных тестов «Мой мир» и «Мир наоборот» выявлено, что представления о мире у девушек более детализированы, их рисунки содержат большее количество надписей, живых и неживых объектов, чем у юношей.

Таблица 1. Достоверные различия в средних значениях характеристик образа мира в зависимости от пола подростков (n1=38, n2=27)

Визуальные репрезентации образа мира девушек в большей степени эмоционально окрашены, при этом общий позитивный эмоциональный настрой сочетается с тревогой. По всей видимости, особенно явно тревога у девушек проявляется в непривычных ситуациях, в условиях неопределенности. Об этом свидетельствуют проявления высокого уровня тревоги и количество зачеркнутых элементов в рисуночной пробе «Мир наоборот». Девушки более позитивно относятся к матери по сравнению с юношами. Они склонны к  переживанию проблем, связанных с собственным Я, характеризуются более низкой осмысленностью своего внутреннего мира, невыраженностью мотивационно-смысловой установки на самооопределение.   Иными словами, пол оказывает влияние на такие характеристики образа мира подростков, как интерес к природной и социальной среде, детализированность и эмоциональность мировосприятия, рефлексивная активность. Образ мира девушек более насыщен деталями, эмоционально окрашен. Тревожный эмоциональный фон, особенно проявляющийся в непривычных ситуациях, сочетается с общим позитивным настроем, положительным отношением к матери, оптимистичной установкой на восприятие окружающего мира. В меньшей степени осознанной у девушек оказывается область внутреннего мира личности, их представления о себе носят конфликтный характер, слабо выражено стремление к самоопределению.  Представления о мире юношей менее детализированы, и характеризуются невысокой эмоциональной насыщенностью. Они более позитивно оценивают свое прошлое, стремятся к самоопределению и материальному благополучию. Внутренний мир личности юношей является более осмысленным и не воспринимается ими как проблемная область жизни.

Фактор возраста оказывает влияние на характеристики смысловой напряженности, переживания проблемного характера различных областей образа мира подростков. Результаты корреляционного анализа показали, что по мере взросления снижаются проблемные переживания в таких сферах, как общение со сверстниками, школьная жизнь, взаимоотношения с матерью, представления о своем будущем.  Старшие подростки в меньшей степени переживают скуку, связанную с недостатком умственной вовлеченности в различные виды деятельности.

Состояние здоровья подростков также выступает значимым фактором формирования смысловых структур образа мира в подростковом возрасте (таблица 2). Анализ достоверных различий в средних значениях характеристик образа мира подростков с различным уровнем здоровья (наличие-отсутствие хронических соматических заболеваний) показал, что соматически больных подростков в меньшей степени волнуют широкие социальные проблемы, им свойственно непринятие собственных представлений о мире, сомнения в их «правильности».

Таблица 2. Достоверные различия в средних значениях характеристик образа мира в зависимости от состояния здоровья подростков

Рисунки «Мой мир» и «Мир наоборот» носят сюжетный характер, при этом отображают конкретно-ситуативные представления о мире (житейские ситуации). Полученные результаты свидетельствуют о том, что под влиянием хронических соматических заболеваний, ограничивающих взаимодействие с предметной и социальной средой,  образ мира  подростка сужается и конкретизируется. Он включает в себя непосредственное личное пространство, образы типичных жизненных ситуаций подростков. Представления о мире соматически больных подростков являются связными, но внутренне противоречивыми, опосредованы переживанием эмоциональной напряженности во взаимодействии с окружающей средой. Обеднение структур образа мира  приводит к высокому риску социально-психологической дезадаптации – эмоциональной неустойчивости, напряженности во взаимодействии с окружающим миром, коммуникативным затруднениям.

Значительное влияние на смысловые структуры образа мира формирующейся личности оказывает семейная среда. Полученные нами результаты экспертных оценок показывают, что значительная часть современных подростков (около 40%) воспитывается в неполных семьях. Воспитание подростка в неполной семье в большинстве случаев не оказывает существенного влияния на развитие сознания и самосознания подростков, ключевую роль в данном случае играет тип семейных отношений – нормально функционирующий либо дисфункциональный. В дисфункциональной семье отношения между родителями и ребенком носят конфликтный характер, преобладает эмоционально холодное отношение к ребенку, дистанцирование и контроль во взаимодействии. Такие семьи, как правило, представляют собой закрытую систему, изолированную от окружающего мира. К дисфункциональным семьям нами были отнесены и те, в которых проявляется девиантное поведение родителей  – агрессия и жестокость по отношению к детям, наркомания, алкоголизм, правонарушения [10, 14].

Так, подростки, воспитывающиеся в дисфункциональных семьях, характеризуются  более выраженными конкретно-ситуативными представлениями о мире, их рисунки собственного мира чаще имеют сюжетный характер, и содержат изображения конкретных жизненных ситуаций (общение с друзьями, отдых, семейные и школьные ситуации).  У таких подростков преобладает негативное отношение к отцу. Они в меньшей степени осознают проблемы, связанные со здоровьем (таблица 3).

Таблица 3. Достоверные различия в средних значениях характеристик образа мира подростков в зависимости от типа отношений в родительской семье

У таких подростков формируется индифферентная смысловая установка к жизни в целом  -  жизненный мир представляется им достаточно «легким», не содержащим препятствий, в то же время, установка на счастливую жизнь также невыражена.  Подростки из дисфункциональных семей в меньшей степени представляют  свою жизненную  ситуацию как отличающуюся от других неповторимую, у них отсутствует обостренное переживание уникальности собственного Я и своего жизненного мира. У них слабо выражен познавательный интерес, невысокий уровень вовлеченности в различные виды умственной деятельности, что вызывает чувство скуки в процессе познания окружающего мира.

Результаты кластерного анализа данных, полученных по модификации Цветового теста отношений  «Жизненный мир», показали значительные различия в субъективных семантических  пространствах ключевых понятий образа мира у подростков, воспитывающихся в семьях с различными типами отношений. Семантическое пространство подростков из нормально функционирующих семей включает в себя два кластера, отражающих позитивное отношение к собственной жизни во временной перспективе, и негативные аспекты жизненного мира, вызывающие высокий уровень нервно-психического напряжения. В первый кластер вошли группы понятий, отражающие эмоциональное отношение к прошлому, настоящему и будущему. Прошлое воспринимается подростками позитивно, связано со школой, домом, отцом. Представления о настоящем включают в себя позитивное общение с друзьями, надежду на лучшее, религиозные убеждения. Представления о себе в актуальный момент также позитивно эмоционально окрашены, ассоциируются с любовью, радостью, образом матери. Будущее связано с достижением материального благополучия, работой, увлечениями, свободой, построение отношений с противоположным полом и созданием собственной семьи. В область «напряженного будущего» попадают различного рода социальные страхи, связанные с нестабильностью общества, чувством вины,  по поводу возможных социальных конфликтов в стране.

В эмоционально напряженную, негативно оцениваемую  область жизненного мира попадают понятия, связанные с отклоняющимся поведением – употребление алкоголя и наркотических веществ, противоправное поведение, образы молодежных субкультур (готы, эмо и др.), экзистенциальные переживания, связанные с болезнью, бедностью, смертью, отчаянием, горем, проблемы в межличностных отношениях и общением со взрослыми (обида, обман, одиночество и т.п.).

У подростков из дисфункциональных семей представления о жизненном мире также образованы двумя кластерами, отражающими позитивные и негативные области жизненного мира, однако они имеют иное содержание. Область эмоционально комфортных объектов жизненного мира отражает идеализированные представления подростка о настоящем и будущем,  и включает в себя понятия,  отражающие общение с друзьями, увлечения, свободу, отношения с противоположным полом, взросление, работу, церковь, материальное благополучие, надежду, любовь, позитивные образы России, себя, матери, друга, партнера противоположного пола, семьи.

Область негативных объектов жизненного мира, вызывающих высокий уровень нервно-психического напряжения, так же, как и у подростков из благополучных семей,  представлена понятиями, отражающими экзистенциальные переживания, связанные с болезнью, смертью, бедностью, межличностные конфликты, представления о подростковых субкультурах, поведенческие девиации, правонарушения. Однако, у данной группы подростков в кластер понятий с негативной эмоциональной окраской попадают не только образы взрослых, но и отца, себя в прошлом, школы, правительства, государства.  У данной группы подростков область понятий, вызывающих внутреннее напряжение, значительно шире, чем у их сверстников из нормально функционирующих семей.

Искажение смысловых структур образа мира у подростков из дисфункциональных семей опосредует проявления девиаций в поведении. По данным экспертных оценок, это такие отклонения в поведении, как  употребление алкоголя и других ПАВ, курение, признаки асоциально-агрессивного поведения.

Таким образом, ведущими биосоциальными детерминантами смысловой структуры образа мира подростков выступают пол, возраст, состояние здоровья, семейная среда. Пол опосредует такие характеристики образа мира подростков, как направленность на внешний либо внутренний мир, рефлексивная активность, эмоциональная окрашенность представлений о мире, отношения с матерью, ведущие мотивационные установки. У девушек преобладает направленность на взаимодействие с предметной и социальной средой, эмоциональная насыщенность образа мира, менее выражен интерес к внутреннему миру. Юношам более свойственны рациональное мировосприятие, интерес к внутреннему миру личности, стремление к осмыслению себя, самоопределению, материальному благополучию.

Возраст подростков оказывает влияние на переживание проблемных отношений. У старших подростков снижается эмоционально-смысловая напряженность таких составляющих образа жизненного мира, как образ представления о будущем, отношения с матерью, взаимодействие с друзьями, школьная жизнь. Образ мира становится более насыщенным личностными смыслами, возрастает интерес к познанию нового.

Состояние здоровья определяет такие характеристики, как широта-узость, конкретность-обобщенность, эмоциональная напряженность представлений о мире. У подростков с хроническими соматическими заболеваниями прослеживается обеднение, сужение смысловых составляющих образа мира, переживание непринятия, напряженности в отношении к окружающему. Это становится фактором риска социально-психологической дезадаптации.

Особенности семейной среды оказывают влияние на конкретность-обобщенность  представлений о мире, систему отношений, проблемные переживания, мотивационные установки, самосознание, эмоционально-смысловое восприятие объектов жизненного мира. Подростки, воспитывающиеся в нормально функционирующих семьях, характеризуются более выраженной обобщенностью структур мировосприятия, переживанием неповторимости, уникальности собственного Я и жизненного мира, вниманием к собственному здоровью, интересом к окружающему миру, установкой на преодоление трудностей. Значимую роль в формировании смысловых составляющих образа мира играет позитивное отношение подростков  к отцу. У них преобладает положительное эмоционально смысловое отношение к миру. Субъективная временная перспектива, обладает целостностью,  связностью, представления о прошлом, настоящем и будущем имеют реалистичный характер. К негативным областям жизненного мира относятся области экзистенциальных переживаний, межличностных конфликтов, социальные страхи, подростковые субкультуры, поведенческие девиации.

Подростки из дисфункциональных семей характеризуются смысловыми искажениями образа мира, которые проявляются, прежде всего, в сниженном познавательном интересе, как в отношении к окружающему миру, так и к самому себе, в более выраженной негативной эмоциональной окрашенности, нереалистичности, конкретно-ситуативном характере представлений о мире.  У данной категории подростков наблюдается нарушение субъективной  временной перспективы, связанное с негативной оценкой прошлого и идеализацией образом настоящего и будущего. Такие значимые объекты жизненного мира, как школа, взрослые люди, отец, общество, государство,  являются стрессогенными, вызывают значительное нервно-психическое напряжение. Искажения смысловых структур образа мира становятся предикторами отклонений в поведении подростков, связанными с употреблением ПАВ, правонарушениями, агрессией.

Полученные результаты свидетельствуют о том, что мировосприятие подростков формируется под влиянием сложного комплекса биосоциальных факторов. Искажения смысловой структуры образа мира формирующейся личности могут стать факторами риска дезадаптации и девиантного поведения. Глубинная психологическая диагностика и коррекция базовых смысловых конструктов, ценностных ориентаций, смыслообразующих мотивов и личностно-смысловых установок в структуре образа мира и себя с учетом ключевых биосоциальных детерминант может стать эффективным средством  предупреждения нарушений развития личности и  дезадаптации в подростковом возрасте.

В современных работах, посвященных различным аспектам социальной психологии и культурологии все чаще делается акцент, что современная культура это «визуальная культура». Такой, так называемый, визуальный поворот увеличил интерес к изучению фотографии в психотерапевтическом, социологическом, культурологическом и других контекстах. В тоже время, как отмечает В.А. Лабунская «вопреки диктату «визуальной культуры», социальная психология могла бы трактовать «выражение человека» – как выявление индивидуальности, того, что трудно тиражировать, но на основе чего легко распознать, выделить, как конкретную личность, так и группу» ^[1]. Отсюда на первый план выходит анализ проявления индивидуальных особенностей через «визуальный компонент» и изучение особенностей самопрезентации в условиях реального и виртуального общения. Если реальное общение и особенности самопрезентации в рамках непосредственного общения изучены как в российской, так и зарубежной психологии, то виртуальное, опосредованное, общение является объектом изучения последние десятилетие. Это связано с развитием социальных сетей и активностью их посещения. Виртуальная личность позволяет создать человеку «ложную возможность» выхода из своего тела. Скрыть пол, возраст, этническую принадлежность. Существует большое количество способов самопрезентаций в виртуальном пространстве – от ника (виртуального имени), которое может совпадать или не совпадать с реальным (паспортным); аватара (фотографии на главной странице профайла) до личной информации, хобби, образовании и т.д. Кроме того, одним из способов создания самопрезентации является публикация фотографий, портретов и «selfie» (в русском варианте его называют «самощелк», «селфи» или «авторпортрет»). Особенность данного автопортрета заключается в том, что чаще всего он выполняется с расстояния вытянутой руки или через зеркало, и является способом экспресс-самопрезентации себя в интернет пространстве и таких социальных сетях как facebook*, vk, myspace и instagram*. Такого рода автопортрет отражает состояние, внешний вид человека «здесь и сейчас», что соотносится с социально-психологическим подходом к фотографии как «социально-психологическое явление, визуальный конструкт, включающий кинесико-проксемические параметры взаимодействия, культурные и социальные символы, несущие информацию о гендерно-возрастных, статусно-ролевых и ценностно-смысловых аспектах бытия личности» ^[2]. Кроме того, в современном мире наблюдается активное развитие информационных технологий, которое приводит к формированию новых технических и психологических феноменов, в том числе: «виртуальной реальности» и «киберпространства». Количество пользователей социальных сетей увеличивается, в связи с простотой и легкостью общения, анонимностью и демократичностью Интернета. Одним из ярких явлений последнего десятилетия является формирование социальных сетей, в рамках которых каждый человек может создать web-страницу, профайл, который будет включать описание его личности и графическое изображение (аватар) данной личности, а также наполнение профайла личными фотографиями.

Анализ социально-психологической литературы показал, что проблема самопрезентации изучалась как в зарубежных (И. Гоффман, Дж. Тедеши и М.Риеса и др.), так и в российских работах (В.А. Лабунская, И.П. Шкуратова). Начиная с 90х годов категория самопрезентации стала активно исследоваться отечественными авторами (Н.В. Амяга, Ю.М. Жуков, Е.В. Михайлова и др.). Различными авторами осуществляются исследования самопрезентации в виртуальной среде (Н.С, Козлова, И.Р. Сушков и др.), однако формирование виртуальной самопрезентации по-прежнему является малоизученной проблемой, что обуславливает ее особую актуальность, кроме того развитие отдельных социальных сетей и способов размещения личной информации, а также условная анонимность формирует новые, отличные от существующих в реальности, способов самопрезентации, отношения к ней и интерпретации.

Как отмечает О.А. Пикулёва ^[3] существуют следующие тактики опосредованной самопрезентации: демонстрация открытости (установка на открытость, готовность к взаимодействию); косвенная самопрезентация социально-одобряемых качеств (акцент на разносторонности, образованности, интеллектуальности субъекта самопрезентации); демонстрация включенности в разные стороны жизни (акцент на активности, разносторонности, самораскрытие через интересы); демонстрация принадлежности к группе (самораскрытие через социальные роли, демонстрация причастности к группе); широта самораскрытия (использование широкого спектра самоописательных личностных характеристик); демонстрация своей коммуникативной привлекательности (информации, представляющей автора страницы как человека интересного, разностороннего, коммуникативно-привлекательного). Все эти способы самопрезентации выражаются через: заполненность страницы (внесение личной информации), статуса (короткой фразы, отражающей эмоционально состояние автора) и фотографии (аватара, другие личные фотографии)

Заголовки зарубежных изданий, таких как NewYork Magazine, Time и другие, все чаще обращаются к феномену самопрезентации через селфи (фото-автопортерт), описывая его как яркое проявление нарциссизма, а также одиночества человека (у него нет друга, который мог бы сделать его портрет). Так J.Wortham отмечает, что селфи – это борьба человека за то, что бы предъявить себя окружающему миру, при этом, важно именно отразить себя «здесь и сейчас», донести до зрителя определенный момент своей жизни и свое отношение к нему, поскольку «фотография зачастую лучше любого текста» ^[4]. Другой аспект, связанный с автопортретом в целом и феноменом селфи связан именно с аспектом презентации себя для Другого, это запечатленный невербальный образ, связанный с рассказом другим (друзьям, знакомым, не знакомым людям) о себе и о событиях свой жизни. Как отмечают О.А. Герасимова и В.А. Лабунская ^[5] «конструирование внешнего облика, трактуемое как конструирование образа для других или переконструирование образа о себе у других и у самого себя о себе, является всегда связанным с определенными жизненными событиями». Авторы отмечают, что внешний облик не только формирует социально-психологический образ человека, раскрывает его гендерную, возрастную идентичность другим, указывает на стратификационные характеристики, но отраженный самим субъектом, интерпретируемый и оцениваемый им, внешний облик раскрывает «Я» личности для нее самой, а отношение к своему внешнему облику, его оценка становятся показателями отношения к себе личности, показателями ожидаемых отношений со стороны.

Как мы уже отмечали ранее ^[6-9], сам феномен «селфи» нельзя назвать явлением последних лет, поскольку автопортрет и фото-автопортрет известны довольно давно, однако социальные сети вывели данный феномен на новый уровень. В целом, автопортрет и портрет два феномена которые сопровождают человечество еще с древних времен. Первые следы изобразительной деятельности – скальные рисунки (многочисленные изображения древних охотников и животных) обнаружены в палеологических пещерах (палеозойская эра). Содержанием сознания первобытного человека являются представления о видимой природе (небе, воздухе, земле, светилах, воде) в звериной форме, древний человек не понимал своих эмоций, мыслей не выделял себя из окружающего природного мира. Первые отпечатки «самости» находят воплощение в отпечатках человеческой руки. Автопортрет является общей формой: потому что он может быть художественным, скульптурным, литературным и вместе с тем уникальной формой в которой осуществляется самопознание. Но в психологии сложилась традиция относиться к различного рода визуальным репрезентациям, как к иллюстрациям, не имеющим самостоятельного научного значения. Данная традиция нарушается в небольшом количестве работ, утверждающих, что визуальные образы передают чаще всего невербализуемые смыслы и нуждаются в особой методологии исследования. В них также отмечается неизбежность противоречий между вербальными и визуальными репрезентациями тех или иных психологических явлений. В психологии фотографии используются в нескольких аспектах: как метод социальной идентификации; как внешний аналог памяти; как фактор отношения личности к своей жизни; как форма отраженного внешнего облика, несущая информацию о его динамических, среднеустойчивых и устойчивых особенностях; как средство психодиагностики, психокоррекции и психотерапии; как коммуникативное средство; как новое направление – визуальная психосемиотика.

Рассматривая историю данного феномена J. Saltz ^[10] отмечает что селфи – это «искусство на расстоянии вытянутой руки», которое изменило социальное взаимодействие, язык тела, самосознание, категории конфиденциальности, общественной нормы и юмора. Это стало новым визуальным жанром, хотя первое селфи появилось в 1839 году.

Также существует автопортрет молодой Анастасии Николаевны (дочери последнего русского царя), который она сняла через отражение в зеркале, снимок датирован 1914 годом, так в письме, которое сопровождало фотографию, 13 летняя Анастасия написала: «Я сделала эту картину смотря в зеркало. Это было очень сложно, так как мои руки дрожали».. В целом, начало ХХ века ознаменовалось интересом к фотографии и появлению автопортрета (с использованием треноги или зеркала). В 1955 году Борис Полевой, ездивший в США, побывал у Поля Робсона. Писатель, не расстававшийся с аппаратом «Зоркий 3-С», беседуя, запечатлел самого себя и сидевшего рядом с ним гостеприимного хозяина. Существуют фото-автопортреты выполненные Дж. Ленноном, папа римский Франциск выкладывает для своей 60-миллионной интернет-аудитории фото-автопортретя, на которых он запечатлён с посетителями Ватикана.

Некоторые авторы отмечают, что «доступность» себя в качестве модели автопортрет становится весьма популярным жанром. Однако начало XXI века, развитие цифровых фотоаппаратов, появление мобильных телефонов со встроенными камерами – вывели автопортрет на новый уровень, придали особое значение таким фотографиям. Феномен селфи захлестнул интернет пространство в 2005-2011 году, хотя первое упоминание относят к 2002 году (интернет-форум в Австралии), а в 2013 было введено в Оксфордский словарь, а сотрудники Оксфордского университета, назвали selfie словом года, в связи ростом использования термина. В русском варианте его называют «самощелк» или «фотографический автопортрет». Особенность данного автопортрета заключается в том, что чаще всего он выполняется с расстояния вытянутой руки или через зеркало, и является способом самопрезентации себя в интернет пространстве и таких социальных сетях как facebook*, vk, myspace и instagram*. Таким образом, снимок сделанный на смартфон, телефон или веб-камеру дополняет опосредованное взаимодействие дополнительной невербальной информацией (использование селфи для отражения эмоций в переписке), или, в отсутствии непосредственного партнера по общению – всем друзьям. Как отмечает J.Franco «в наш век социальных сетей, селфи это новый способ смотреть кого-то прямо в глаза и сказать: «Здравствуйте, это я!» ^[11]. Однако большинство авторов склонны считать селфи проявлением нарциссизма, и социального одиночества. Кроме того важно отметить, что большинство работ, как российских, так и зарубежных относятся к научно-популярным и не подкрепляются эмпирическими исследованиями. Однако на ровне с этой имеется иная позиция, что селфи это способ документального отчета о своей жизни, путешествии ит.д., поскольку фотография (в отличии от картины) -по своей природе документальна, а значит, она является достоверным источником информации. И если ранее фотография оценивалась как элемент истории, который нес информацию потомкам, то основной чертой современной, цифровой фотографии – является ее сиюминутная реальность. Кроме того автопортрет (и в частности селфи) является способом создания «образа Я», а также является отражением «Я – для – другого».

В целом исследования самопрезентации себя в социальных сетях посвящены качеству и количеству информации в целом и особенностям выбора фотографий для демонстрации себя. Так в исследовании, посвященном социальным сетям Hum N. J., Chamberlin P. E., Hambright B. L., Portwood A. C., Schat A. C., Bevan J. L. ^[12] изучала гендерные особенности выбора фотографий и наполнение контента на facebook*. Авторы отметили, что не существует гендерных различий в выборе персональных фотографий, и наполнении контента по количеству и качеству изображений, следует отметить, что в данном исследовании анализировались профайлы молодых людей и девушек от 18 до 23 лет, студентов колледжа или университета. По результатам качественного анализа, было выявлено, что молодые люди выбирают фотографии, которые демонстрируют их активность, они корректны и правдивы, примерно в 98% случаев.

Как подчеркивают A. Vasalou, A. N. Joinson ^{[13, 14]}, выбор аватара зависит и от среды, в которой находится человек, так существует три основных социальных он-лайн среды: блоги, знакомства и игры. Люди, которые ведут блоги – выбирают фотографии наиболее честно отражающих их реальный физический облик, для знакомств – выбирают фотографии, которые могут быть наиболее привлекательны для противоположного пола, а аватар для игр, выбирается такой, что бы максимально передать интеллектуальные способности хозяина профайла. Кроме того, авторы данного исследования изучили, на сколько характеристики, которым наделяют «аватар» совпадают с теми, которые человек приписывает себе. В ходе данного исследования ученые выявили, что не зависимо от среды из 71 человек, 82% наделяют свой аватар такими же характеристиками, как и себя в реальной жизни.

Chen B., Marcus J. ^[15] показали, что студенты в основном пользуются социальными сетями для поддержания реальных контактов, и поэтому их страницы обладают высокой степенью открытости (нет закрытой, приватной информации) и заполнены страницы довольно честно, наибольшее количество информации о себе раскрывают экстраверты. Как отмечают авторы, важно понимать, что для современной студенческой молодежи важно презентировать себя в интернет пространстве также, как они делают в общении «лицом к лицу». Кроме того, те кто испытывает трудности в реальном общении, также испытывает трудности в интернет пространстве. Что в целом соотносится с позицией создания «виртуальной татуировки» ^[7], некий «отпечаток» нас в сети. Facebook*, tweeter, а для российской молодежи – вконтакте и одноклассники. Данный термин показывает интересную взаимосвязь, которая действительно отражает современные тенденции – восприятия профайла в сети, как некое отражение внутреннего мира человека. Кроме того, говоря о роли внешнего облика В.А. Лабунская ^[16-18] отмечает, что «внешний облик – становится одним из важнейших средств построения типологий, выделения и распознания определенных социальных групп, страт, описания стилей жизни. … Внешний облик человека становится способом визуальной коммуникации и стратификации». Таким образом, и селфи, являясь отражением внешнего облика здесь и сейчас, может являться основанием для визуальной коммуникации и стратификации, для выбора партнера по общению, для оценки его успешности, привлекательности и т.д. А, кроме того, это способ создать управлять впечатлением о себе, создавая необходимый имидж и отношение.

Однако, что бы рассмотреть социально-психологические особенности феномена селфи, на наш взгляд, важно проанализировать, на сколько данный феномен распространен в России, и какие существуют поло-возрастные особенности самопрезентации в интернет – пространстве. Для этого мы проанализировали 400 страниц в различных социальных сетях, 183 женщины и 217 мужчин возраст от 18 до 55 лет (среднее значении 28 лет). Страницы были выбраны в социальной сети vk.com через поиск с заданными параметрами (возрастной диапазон от 18 до 55 лет, страна проживания Россия), далее выбирались открытые для просмотра страницы в случайном порядке, мы фиксировали наличие и количество портретов (фотографий с изображением владельца страницы) и селфи-портретов, нами были проанализированы только те страницы, на которых имелся хотя бы один фото – автопортрет.

На первом этапе мы провели корреляционный анализ полученных данных, и выявили, что (таблица 1) существует обратная корреляционная связь между возрастом и количеством селфи-фотографий, и прямая связь между количеством фотографий и селфи-фотографий на странице в социальной сети. Таким образом, чем больше фотографий, тем больше процент селфи-фотографий, и чем старше автор страницы в социальной сети, тем меньше у него селфи-фотографий. Однако это не влияет на общее количество фотографий, и все проанализированные нами анкеты содержали хотя бы 1 фотографию-селфи, что говорит о том, что респонденты старшей возрастной группы имеют необходимые навыки для того, что бы публиковать селфи-портреты.

Таблица 1. Данные корреляционного анализа

В тоже время, такие показатели могут косвенно указывать на отношение к такому роду самопрезентации, как самопрезентация через селфи. Мы также видим необходимость в расширении выборки с позиции возраста, что бы рассмотреть особенности самопрезентации.

На втором этапе мы проанализировали различия между мужчинами и женщинами, применив Т-критерий Стьюдента (таблица 2).

Таблица 2. Данные Т-критерия Стьюдента

Исходя из анализа полученных данных, мы можем говорить, что существуют значимые различия между количеством фотографий (t=13,21; p≤0,05) и селфи-фотографий (t=14,23; p≤0,05) у мужчин и женщин. При этом у женщин значимо больше фотографий в целом и селфи фотографий, однако если перевести эти показатели в процентное отношение, то мы можем увидеть, что у женщин селфи-фотографии представляют 8% от общего количества фотографий, в то время как у мужчин этот показатель приближается к 10%. Данную тенденцию мы можем объяснить ролью социальных контактов для женщин, у них много фотографий с различных мероприятий, торжеств, они чаще склонны фиксировать различные события своей жизни. В тоже время у мужчин больше фотографий подчеркивающих определенный статус (автомобили, часы, рабочий стол) и портреты, а в современном пространстве – автопортреты, т.е. селфи.

Как мы говорили ранее, феномен селфи получает все новые формы и названия. Так, в зависимости от того где и как сделан селфи существуют релфи (relfie relationship selfie) – автопортрет с любимым или близким человеком был так назван социологами из Гарвардского университета; felfie (farmer selfie). Кроме того существует сайт http://selfiemeter.com/который помогает оценить свое селфи. А самыми популярными хэштегами января-февраля 2014 года были #selfiegame и #selfieolympics. А в 2011 году Скарлетт Йохансон опубликовала селфи из ванной отеля, где во втором зеркале за ней была видна ее обнаженная спина, на этой волне открылся сайт http://scarlettjohanssoning.com/ где все желающие могли повторить данное селфи и выложить на общее обозрение. Проводят конкурсы на лучшее селфи (ресурсhttp://www.photographer.ru/events/review/6233.htm) ит.д. Интерес к селфи-портретам не снижается, о чем говорит появление в магазинах не только обычных моноподов (трость с креплением для телефона или аппарата, что бы делать селфи с бОльшего расстояния), но и моноподов с ручкой в виде человеческой руки, которая создает иллюзию, что вы держите фотографа за руку. В современной литературе посвященной селфи выделяют 6 основных типов: селфи со знаменитостью; «здоровое селфи» (в тренажерном зале или с иными атрибутами фитнесса и спорта); селфи с едой; селфи в примерочной (сюда также относятся фотографии сделанные дома в момент примерки разных нарядов); селфи на пляже (или другом месте отдыха) и селфи-уточки (с характерно вытянутыми губами). На волне интереса к селфи в 2014 году вышел молодежный сериал «Селфи» описывающий все проблемы современной молодежи, который каждый шаг своей жизни фиксируют в социальных сетях сопровождая их снимком.

Однако, кроме проблемы нарциссизма, которую чаще всего связывают с исследованием фотографий представленных в интернет пространстве, на наш взгляд, необходимо принимать в расчет потребности в самопрезентации и возможность их реализовать в повседневной жизни.

Таким образом, мы не можем говорить о том, что феномен селфи в большей степени характерен для девушек и, в дальнейшем, мы планируем построить исследование таким образом, что бы фиксировать только снимки на которых есть респондент и расчитать процент селфи-фотографий. В то же время, данные, полученные нами о количестве фотографий в социальных сетях, соотносятся с результатами наших предыдущих исследований, а также общей тенденцией изучать особенности самооценки внешнего облика, оценки собственной привлекательности на женской выборке. Это обусловлено динамикой трансформации сложившихся гендерных отношений и связанных с ними экономических преобразований. Начиная со второй половины двадцатого века «женские» и «мужские» исследования развиваются как самостоятельные направления в гуманитарных науках, выводом которых стал отказ от «смешения» мужских и женских представлений о самых разнообразных культурных, социальных и иных явлениях. Однако для более глубокого понимания данного феномена, необходимо изучить не только особенности самопрезентации, но и личностные особенности участников исследования, их мотивы самопрезентации, нарциссизм, а также особенности самоотношения и самовосприятия.
Кроме того рассматривая автопортрет как наиболее зрелую форму самовыражения личности, под спецификой автопортрета мы понимаем высокую рефлексию, обращение автора к своему внутреннему состоянию. Однако, в эпоху технического прогресса автопортрет преобразовывается в фотографический снимок. В свою очередь феномен селфи получает все новые формы и названия, но в тоже время изучается вскользь, скорее как элемент интернет-зависимости, чем самостоятельный феномен, характерный рефлексией. В качестве продолжения данной темы мы видим необходимость разработки исследования, которое будет включать оценку селфи-портретов как объектами, так и субъектами исследования, с позиции самовыражения и рефлексии.