УДК 159.9.016.4

МОЗГ, МЫШЛЕНИЕ, ПАМЯТЬ, ДУША

Дацковский Исраэль
Кабинет клинической психологии и патопсихологии
г. Бейт Шемеш, Израиль, Ph.D., dibam55@hotmail.com

Аннотация
В первой части статьи представлены данные о неполноте восприятия материального мира в качестве материи, данной нам в ощущении. Во второй части кратко рассмотрено историческое развитие психофизиологической проблемы (соотношение материального мозга и сознания). В третьей части статьи рассмотрена возможная структура и функционирование нематериальной души в срезе ее связи с материальным телом в разные периоды сна и бодрствования.

Ключевые слова: , , , , ,


Рубрика: Психология

Библиографическая ссылка на статью:
Дацковский И. Мозг, мышление, память, душа // Психология, социология и педагогика. 2018. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://psychology.snauka.ru/2018/06/8603 (дата обращения: 07.06.2018).

В последние десятилетия ХХ века развитие науки привело к появлению (или к осознанию) новых, неизвестных ранее взглядов на окружающий нас мир, стали появляться и проявляться научные знания, которые коренным образом меняют наши самые фундаментальные, сложенные развитием высокой и серьезной науки в предшествующие века представления об окружающей нас действительности и наши, казалось бы, незыблемые представления о мире. Эти изменения серьезного научного знания оказываются пока неусвоенными некоторыми также весьма серьезными научными направлениями, которые продолжают пользоваться предыдущим, сегодня уже кажущимся весьма наивным (чтобы не сказать примитивным) взглядом на вещи. В первую очередь в пределах данного текста мы к этим отстающим в своих самых общих, базовых философских взглядах направлениям относим психологию и психиатрию.

1

Бегло и неподробно покажем области научного знания и нового научного понимания происходящего вокруг нас, которые столь принципиально изменяют наши представления о мире.

1.1         Теория относительности и квантовая механика. Поначалу развитие того материализма, который вроде бы берет начало в философии Античности, в идеях Аристотеля, могло легко включить в состав материи новые ее виды. XIX век привнес в мир научного мышления знание и понимание (до определенного уровня) электромагнитного поля, радиоволн, рентгеновского излучения. Конец XIX века и начало ХХ века подарили нам знание о радиоактивном излучении (французы Антуан Беккерель (1896), Мари Склодовская-Кюри и ее супруг Пьер Кюри (поделенная между этими тремя учеными Нобелевская премия 1903). Один из парадоксов развития науки: в 1857 году французский фотограф и изобретатель Абель Ньепс де Сен-Виктор пытался получить цветные снимки, экспериментируя с солями разных металлов. Он обнаружил, что даже при полной темноте от некоторых солей на фотобумаге оставались отпечатки и «вычислил» соли урана. Как и позже него А. Беккерель, исследователь пришел к выводу, что это явление не имеет отношения к фосфоресценции. В 1861 году Ньепс де Сен-Виктор уже был уверен в том, что соли урана являются источником излучения, невидимого человеческому глазу. Однако его открытие не получило широкой известности в научных кругах и ожидало повторного открытия этого явления А. Беккерелем в 1896 году). Тогда же появилась и планетарная модель “неделимого” атома (1911 год, Эрнст Резерфорд, британский физик новозеландского происхождения (1871 – 1937)). Затем количество полей, излучений и элементарных частиц начало расти лавинообразно. Но все эти великие открытия, после весьма естественного включения полей и излучений в состав материи, не затрагивали наши базовые представления о материи, непосредственно или через эксперименты и приборы данной нам в ощущении (и даже не будем пока задавать неизбежного, острого, серьезного, но, тем не менее, весьма издевательского вопроса: КЕМ данной?). Проблема, тогда еще малозаметная, началась 14 декабря 1900 года, когда немецкий физик Макс Планк (1858 -  1947) представил доклад в Немецком физическом обществе о теоретических основах закона излучения. Этот день стал датой рождения новой квантовой теории. Физика перешла (не сразу, на переход понадобились десятилетия) от интуитивного понимания мира, подтверждаемого хорошо работающими в нашем мире физическими законами, серьезное начало системе которых положил великий англичанин Исаак Ньютон (1643 – 1727) и за которым последовали десятки великих и просто серьезных ученых. Конечно, теория относительности (1905) поначалу немецкого, а затем американского еврея Альберта Эйнштейна (1879 – 1955) внесла некоторый переполох в систему, но, так как при внимательном рассмотрении оказалось, что идеи и формулы этой теории не поколебали основы физики больших масс (по сравнению с массой протона) и малых скоростей (по сравнению со скоростью света), то эта теория реально осталась в распоряжении физиков, а мир продолжил жить в рамках системы И. Ньютона. И даже космические корабли летают не по законам Эйнштейна, а по законам Исаака Ньютона – Иоганна Кеплера. Но развитие квантовой механики (или квантовой теории, но мы здесь не будем искать различия между ними) привело к тому, что мир стал описываться исключительно математическими формулами, а законы (которые можно понять, но нельзя себе представить) вдруг оказались контринтуитивными, вроде бы как противоречащими нашей житейской логике и практике. И при этом утверждения квантовой механики и выводы этих законов, несмотря на их кажущуюся “нелогичность”, хорошо подтверждаются экспериментами и дают много объяснений, чаще всего единственных, наблюдаемым явлениям. Но сами малопонятные простому человеку законы никого особенно не взволновали, как и в случае с теорией относительности (в связи с полным непониманием происходящего со стороны огромных масс населения), взволновали их следствия. Во-первых, оказалось, что нет математического противоречия в возможности выхода через черные дыры в параллельные вселенные. А ведь “наш” материализм наличие параллельных вселенных, пока не данных нам в ощущениях, не подразумевал (хотя это не самое страшное – открытие полей и излучений показало нам, что могут существовать явления, вполне признаваемые нами материальными, которые до поры до времени нами не ощущаются, но затем наука находит способы открыть и “проявить” их для нас). Затем оказалось, что наш привычный трехмерный мир (пространственно трехмерный с четвертым измерением – временем) может и должен адекватно описываться гораздо большим числом измерений. И вдруг время оказалось не континуальным (непрерывным), а дискретным, квантованным (прерывистым). Встали серьезные вопросы о пересмотре базовой, фундаментальной модели материальности, стало понятным, что не все части реально существующего материального мира даны нам в ощущении (непосредственно или через приборы), оказалось, что весьма вероятно наличие реально существующих частей именно материального, раельно существующего  мира, принципиально (по крайней мере, на данном этапе развития науки) НЕ данных нам в ощущениях.

1.2         Количество нейронов в мозге человека его реальные возможности и современные компьютеры. По последним подсчетам количества нейронов в головном мозге их число оказалось около 85 миллиардов (округлим: 1Е8, 10 в восьмой степени, 100 миллиардов). Казалось бы, число огромное нейронов, на любые функции и любой объем памяти хватит, нам все время вещают о том, что мы используем лишь малую часть возможностей мозга.

Известно, что часто большие цифры необоснованно приводят людей, не включающих свое критическое мышление, к мысли, что уж в таком большом числе уместится все, что только не пожелаешь. Мы назовем этот эффект “эйфорией от миллиардов” (и еще раз встретимся с ним ниже в этом тексте). В книге С. Н. Паркинсона [7, стр.  33-35], в которой в шутливой форме приводятся весьма серьезные и обоснованные рассуждения, вводится понятие “точки угасания интереса”, когда обсуждаемое число становиться либо неинтересным и не стоящим обсуждения по малости (ниже уровня интереса), либо наоборот, неинтересным, так как его сложно представить из-за его большой величины и неучастии в обыденной жизни (выше уровня интереса).

Но в нашем сегодняшнем мире уже десятки лет существуют компьютерные процессоры и компьютерная память. Оказалось, что сегодня нам есть с чем сравнивать количество нейронов мозга и их суммарные “вычислительные” возможности. Возможности компьютеров известны и пока они очень далеки от возможностей человеческой психики (обратим внимание, что мы написали “человеческая психика”, но не написали “возможности мозга”), их технические параметры – тоже. Современный процессор имеет 1Е11 (100 триллионов) транзисторов, в тысячу раз больше количества нейронов мозга (и быстро растет  по подтверждающемуся пока закона Мура, который, напомним, гласит: «Количество элементов в микросхемах удваивается каждые два года»), а в больших научных компьютерах процессоры в значительных количествах соединены в процессорные сети для совместного решения сложных задач, стоящих гораздо ниже задач, решаемых человеческой психикой. Компьютерная память уже давно измеряется в терабайтах (триллионы байтов 1Е9, каждый из которых состоит из 8 двоичных битов), и таких терабайтов в современных базах данных и научных компьютерах – много. Конечно, не мы открыли, что число нейронов в мозге слишком мало  по сравнению с потребностями “вычислительных мощностей” и памяти для обеспечения выполнения функций психики. Некоторые ученые пытаются включить в “вычислительные мощности” мозга весьма разветвленные дендриты и ветвящиеся аксоны (отростки нейронов), их число может достигать десятка тысяч на нейрон, но таких сильно разветвленных нейронов немного, каждому синапсу (соединению отростка нейрона с другим отростком или с самим нейроном), которых в мозге  по оптимистическим (не оптимальным, а именно весьма оптимистическим) подсчетам до 100 триллионов, приписать тысячу молекулярных переключателей, изобразив дендрит своего рода автономным микропроцессором (???). И все равно получаемые числа, исчисляемые, конечно, в больших миллиардах и триллионах, оказываются крайне малы для обеспечения сложной работы человеческой психики.

А теперь задумаемся о том, сколько таких “вычислительных” ресурсов и ресурсов памяти нужно для выполнения психических функций (не считая объем и сложность программ, обеспечивающих выполнение всего этого богатства действий и которые откуда-то должны были взяться и сразу оказаться в психике новорожденного ребенка). Сразу скажем, что число получается столь огромным, что никаких оптимистически завышенных ресурсов мозга не хватит на него во многие триллионы раз.

Начнем с памяти. Канадский нейрохирург американского происхождения У.Г. Пенфилд (англ.: Wilder Graves Penfield 1891-1976) на основании наблюдений больных пришел к выводу, что мозг сохраняет точную запись всех переживаний человека в течение всей его жизни (зрительных, слуховых, тактильных, вкусовых, обонятельных, эмоции, настроение, весь объем мышления и проч.). Поток сознания человека, считал У.Г. Пенфилд, регистрируется в полном объеме и может затем воспроизводиться как в обычных жизненных обстоятельствах, так и в результате эпилептической или электрической стимуляции (мы несколько свободно цитируем Оливера Сакса [9, стр. 200], подчеркивание наше – И.Д.). О. Сакс в этой же книге приводит еще ряд примеров нереально точного и подробного (в понятиях обычной памяти) запоминания событий жизни и воспроизведения (реминисценции) полных картин давно ушедших для пациента дней при тех или иных повреждениях или патологических возбуждениях мозга при том, что эта информация была “забыта” пациентом в течение десятилетий и вдруг выяснилось, что эта часть памяти полностью и в деталях сохранена. О. Сакс также приводит случай полного отсутствия в памяти больного некоторых его действий под влиянием фенциклидина (РСР, сильный наркотик), что хорошо известно из литературы по фенциклидину, и полное, детальное, красочное “всплывание” этих событий в памяти в результате серьезной травмы головного мозга [9, стр. 235 и далее]. Изначально очевидно, что такой непредставимо огромный объем информации не может быть сохранен на постоянной, нестираемой основе  в известной нам сегодня структуре мозга ни на молекулярном, ни, тем более, на клеточном уровне. Особенно важно заметить, что хранение этого непредставимо большого объема информации не подвергается опасности стирания даже при весьма объемном повреждении/разрушении/ампутации частей мозга и никогда полностью во всех деталях и ощущениях не проявляется в сохраняемой человеком “обычной” длительной памяти.

И мы еще не включили в рассмотрение большую область бессознательного (телесного) и огромную, непредставимую по объему, темную для современного восприятия область подсознания, в которой формируются наши эмоции, чувства, акцентуации и мотивации, которые, в свою очередь, явным и определяющим образом влияют на наше сознание и через него – на наши волю, поведение, действия (хотя эмоции и поведение во многом формируются подсознательно, не выходя в сознание). Именно в подсознании формируются многие наши решения, возникают прозрения, которые затем проявляются в сознании, там хранится наследуемая от предков память, формирующая ментальность, а также, возможно, сами способы и процессы подсознательного мышления.

Процитируем С. А.  Богомаза [1, стр. 5]:  ”В 70-е годы в рамках нейробиологии учеными была сформулирована так называемая “Центральная догма”. Она звучит следующим образом – все нормальные функции здорового мозга и все их патологические нарушения, какими бы сложными они не были, можно в конечном итоге объяснить, исходя из свойств основных структурных компонентов мозга”. Этим кратко излагается вариант решения психофизиологической проблемы (соотношение материального мозга и сознания), известный под названием “психофизиологическая идентичность”. Следует с сожалением констатировать, что догма на то и есть догма, даже если она – центральная, чтобы развитие науки не продвигать, не развивать, а пытаться затормозить, перевести некоторые господствующие в тех или иных кругах, иногда научных, взгляды на уровень религиозных догм и тем самым предотвратить проверку их правильности, их анализ на критерии научности, исключить естественную изменчивость научных теорий. Таким кругам крайне важно исключить критику догм по принципу “кто не с нами, тот против нас, а у нас есть достаточно силы подавить оппозицию нам и отлучить ослушника от научного сообщества”. Но в 70-е годы ХХ века это еще могло пройти, а в эпоху интернета – уже нет. И король оказался голым.

1.3         Жизнь после смерти. Эта жизнь души изначально была достоянием религий и их современного филиала – эзотерики. Но после книги Раймонда Моуди “Жизнь после смерти” (1976) и последовавшей вслед за этой книгой лавиной подобных публикаций (не завершившейся и сегодня) наличие этой структуры собственного “Я”, не являющейся частью того материального мира, который дан нам в ощущениях, но реально существующей в той части реального (а, значит, материального) мира, которая не дана нам в ощущениях, и содержащей всю информацию о личности индивида вне его мозга, перестало быть под вопросом. Можно вполне обоснованно констатировать строгую научную доказанность этого факта, он доказывается не только методами анализа интроспекции, но и вполне научными проверками информации, оказавшейся в распоряжении “отделившейся от тела души”, которой в ее распоряжении при обычных материально-понятных процессах мышления внутри тела (мозга?) быть было не должно. Собственно говоря, первой известной нам публикацией рассказа об околосмертном переживании является рассказ в Талмуде (закончен написанием в 467 году текущего исчисления лет, одного из многих исчислений календаря нееврейских народов, более 1500 солнечных лет назад). Этот рассказ приведен в талмудическом трактате Ба́ва Ба́тра лист 10 стр. 2 (но это было известно еще более 3300 лет назад из Торы – первой части Ветхого Завета (Пятикнижия Моисеева) в христианской традиции) и повторен в другом талмудическом трактате – Псахи́м (мы не приводим ни перевод названия талмудических трактатов, ни иные данные об этом сборнике мудрости огромного объема). И эти научные факты также не вписываются в примитивно понятый материализм. А ведь изменение базовых взглядов и создание новой картины мира происходит именно тогда, когда накапливаются научные факты, резко не вписывающиеся в господствующую картину мира и становится неизбежной появление иной, новой, расширенной картины мира, охватывающей ВСЕ известные к данному моменту научные факты.

1.4         Эволюционная гипотеза Чарльза Ро́берта Дарвина (англ. Charles Robert Darwin (tʃɑrlz ‘dɑː.wɪn);  1809 - 1882).  Эта гипотеза сама по себе, без строгих научных доказательств и проверок не могла стать теорией и она именно в качестве теории совершенно ошибочно приписывается Чарльзу Дарвину. Ч. Дарвин, будучи крупным и честным ученым, наблюдая внутривидовую изменчивость некоторых живых организмов (наблюдая не столь уж большую изменчивость в относительно короткое время, то, что мы сегодня называем генетическими мутациями), выдвинул научную гипотезу об общей эволюции на основе приспособляемости живых организмов к условиям существования и обобщил ее на происхождение видов от общих предков и происхождение всей фауны в конце концов от единого общего предка – по сути, он в современных терминах выдвинул гипотетическую идею филогенеза. Но в качестве ученого, предложившего одну из бесчисленных научных гипотез, он хорошо понимал, что его гипотеза, как и любая другая научная гипотеза, должна пройти многочисленные проверки и доказательства своей научной состоятельности. Для проверки ее состоятельности Ч. Дарвин выдвинул ряд критериев проверки гипотезы. Предложенные критерии оказались невыполнимыми, иные критерии не были выдвинуты, но гипотеза, вместо того, чтобы занять свое заслуженное место в паноптикуме отвергнутых научных гипотез, была бездоказательно превращена в господствующую абсолютно верную и всеобщую теорию. Правда, это случилось уже в 50-е годы ХХ века. Это было связано с тем, что она уж очень хорошо пришлась ко двору  примитивно понятого материализма К. Маркса и Ф. Энгельса и критерием ее “научности” стало соответствие “бессмертному” учению К. Маркса, которое, как известно, “всесильно, потому что оно верно” (В.И. Ленин. Три источника и три составных части марксизма). Она намного пережила Ч. Дарвина в качестве “единственной теории, научно объясняющей происхождение видов и самого человека” (хотели написать, что именно теория намного пережила своего создателя Ч. Дарвина, но рука не поднялась – эту теорию Ч. Дарвин не создавал, а создал гипотезу, не выдержавшую научной проверки). Но сколько веревочке не виться … Сегодня многие ее апологеты пытаются объявить разрушенное здание дарвиновской гипотезы целым и невредимым, вводя все новые и новые уловки для ее “объяснения”. Очередным “блеском” доказательств стали идеи о длинной и сплошь благоприятной цепочке случайностей, которая и привела к общему успеху.

Не вдаваясь в серьезные доказательства ошибочности этой гипотезы (на эту тему уже написана внушительная библиотека книг и несчетное количество статей) приведем лишь совсем уж лежащие на поверхности аргументы:

a)            Гипотеза основана на очень кратковременном наблюдении очень частных процессов внутривидового мутационного изменения некоторых второстепенных свойств организмов. Нет и не было наблюдения не только всего процесса эволюции, но и не было наблюдения даже его хоть сколько-нибудь заметных процессов.  Понятно, что для гипотез, описывающих одноразовые глобальные процессы (эволюция, формирование Вселенной как результат Большого взрыва) трудно подобрать критерии проверки научности (пожалуй, кроме требования внутренней непротиворечивости и объяснения всей совокупности наличествующих фактов). Но гипотеза эволюции не выдерживает проверку даже этими критериями, так как не может объяснить отсутствие огромной массы организмов, находящихся на промежуточных стадиях эволюции от одной ступени сложности организмов к более высокой ступени их сложности и отсутствия почти бесконечно большого разнообразия организмов на каждой стадии их сложности.

b)            Гипотеза основана на неприемлемом в серьезной науке предположении о долгой цепочке случайных (не направляемых сознательно или каким-нибудь запущенным процессом) событий усложнения предыдущего состояния.

c)             Гипотеза полностью устраняется от объяснения наблюдаемого наличия сложных устройств (например, человеческий глаз), которые очевидно требуют изначального проектирования и одноразового исполнения, но совершенно не приемлют постепенное усложнение изначально простого устройства (которое еще случайно должно возникнуть).

d)          Попытки расчета вероятности возникновения даже наиболее простых органических молекул за, казалось бы, длительное время (по современным научным воззрениям возраст Земли составляет около 5 миллиардов лет) приводит к столь малой вероятности даже первого шага, что вопрос о самопроизвольном формировании даже простейшего организма снимается сам собой. Даже если экстраполировать вглубь времени наблюдаемые сегодня скорости мутаций, то к “началу времен” (все те же 5 миллиардов лет) организм останется еще весьма и весьма сложным. “Пришельцы из других миров” тоже мало помогают – во-первых, вся наблюдаемая вселенная слишком молода (13-14 миллиардов лет), и, во-вторых, появление пришельцев в мире тоже нужно как-то объяснять. То есть и здесь мы имеем дело с эффектом “эйфории от миллиардов“, когда нам кажется, что миллиарды лет – это такой огромный промежуток времени, которому можно приписать любые процессы, реализуемые (реализуемые ли вообще?) со сколь угодно малой вероятностью каждого шага. Вопроса о самопроизвольном развитии любой системы от простого к сложному даже не будем касаться.

Итак, можно утверждать, что имеются очень и очень обоснованные научные причины считать теорию эволюции ошибочной гипотезой. Сегодня это гипотеза-теория превратилась просто в предмет религиозного догмата, религиозного верования в пределах более общей, но от этого ничуть не менее примитивной религии атеизма.

Но у развала этой теории-гипотезы есть существенное для некоторых наук следствие – разрушившись, она под своими обломками похоронила идеи филогенеза в понимании биологической межвидовой эволюции (“от простого к сложному”). Наблюдаемые сегодня “результаты” филогенеза, например, реальное существование организмов самой различной степени сложности (без того, чтобы кто-то наблюдал сам процесс биологического филогенеза) можно объяснить и иными, не менее стройными гипотезами.

Однако для нас важно вместе с водой не выплеснуть ребенка. Есть еще одно понимание филогенеза именно человека и именно в качестве социальной личности. “Психическое развитие в филогенезе осуществляется путем становления психических структур в ходе … социокультурной истории человечества в целом” [8, стр. 24]. За 55-58 веков развития современного человечества (по счету лет Торы сейчас идет 5778 год от сотворения мира и человека) развитие человеческого общества и человека в нем отнюдь не было однонаправленным прогрессивным развитием. “Общая линия прогрессивного развития переплетается с изменениями, которые образуют так называемые тупиковые ходы эволюции или даже направлены в сторону регресса” – Философский энциклопедический словарь. М., 1983, с. 561, мы цитируем по [8, стр. 21].

И особо нужно отметить, что онтогенез, понимаемый как процесс индивидуального развития отдельного человека в качестве реально наблюдаемого явления, не покачнулся, разве что нужно несколько иначе объяснить наблюдаемое в эмбриологии на ранних стадиях развития человеческого зародыша прохождение некоторых стадий, которые отдаленно подобны стадиям развития видов в провалившемся биологическом филогенезе.

2

Но теперь от общих рассуждений нам нужно вернуться к психическим процессам, поняв, что не материальный мозг человека является источником этих процессов и не в нем хранится память.

Для этого обратимся к истории философии и, особенно – к истории психологии, которая в древние времена (фактически до XIX века) развивалась в недрах философии.

А.Н. Ждан  [2, стр. 31-32] пишет: “Представления о душе существовали уже в древнейшие времена и предшествовали первым научным данным на ее природу. Они возникли в системе первобытных верований людей, в мифологии… В отличие от этого, уже самые первые научные представления о душе направлены на объяснение души и ее функций… Учение о душе является первой формой знаний, в системе которых начали развиваться психологические представления: “… психология как наука должна была начаться с идеи души”, – писал Л.С. Выготский. Она явилась “первой научной гипотезой древнего человека, огромным завоеванием мысли, которому мы сейчас обязаны существованием нашей науки.” (Выготский Л.С. Собр. соч. Т. 1. – М., 1982, стр. 429)”. Обратим внимание, что научными представлениями о душе и ее функциях здесь названы гипотезы, возникшие и развивавшиеся в пределах той или иной философии, но доказательства или проверки этих гипотез оказались затруднительными.

По мнению А.Н. Ждан “Философия возникла в эпоху смены первобытнообщинного строя классовым рабовладельческим обществом… Первые представления о душе [научные? В виде гипотез?] возникают в период ранней классики (VI-V вв. до н. э.)…”  [2, стр. 32]. Т.Д. Марциновская [6, стр. 32] сдвигает начало научного периода еще на век назад: “… научный период начинается на рубеже VII-VI вв. до н.э.”. Но общей особенностью обоих учебников является отсутствие упоминания Пифагора Самосского (др.-греч. Πυθαγόρας ὁ Σάμιος, лат. Pythagoras, «пифийский вещатель»; 570 – 490 гг. до н. э.). О его роли в истории философии и психологии можно узнать из блестящих лекций  А.В. Лызлова [4, лекц. 2, стр. 42-43]: “Пифагор учит о том, что человек – это прежде всего душа, тело – темница души, оболочка, которую душа способна менять и от которой в пределе призвана освободиться. … По Пифагору, человек – это душа. Душа, которая по отношению к телу является началом совершенно самостоятельным”. Исторически важно, что взгляды Пифагора предшествовали как материалистическим взглядам Демокри́та Абдерского (Δημόκριτος; ок. 460 до н. э.,  - ок. 370 до н. э.) и подхватившем его материалистическую линию Аристотелем (др.-греч. Ἀριστοτέλης; 384 год до н. э.,  - 322 год до н. э.), так и считающегося основоположником объективного идеализма Платоном (др.-греч. Πλάτων, между 429 и 427 до н. э., Афины — 347 до н. э., там же).  А.В. Лызлов также указывает, что корни учения Пифагора “… до сих пор ученым окончательно не ясны” [4, там же] и приводит три гипотезы этих корней, которые самому А.В. Лызлову весьма обоснованно не кажутся адекватными.

Общим для всех процитированных источников является то, что говоря о многочисленных контактах между народами Востока и Запада, о взаимодействии культур, о богатых связях Греции со странами Ближнего Востока – Сирией, Вавилонией, Египтом, они все в упор не замечают Иудеи  – маленького государства на восточном берегу Средиземного моря, возникшем аж в XIII веке до н. э. Это государство, основанное после захвата Страны новым для мировой истории пришедшим из пустыни Синайского полуострова (а до этого вырвавшимся из более, чем двухвекового египетского рабства) еврейским народом, построило уникальное общество и принесло с собой уникальную философию, лишь частично (в связи с ее сложностью и разветвленностью) воспринятую древними греками (причем, даже самые продвинутые язычники – послегреческие философы, например, наиболее высоко поднявшийся в понимании устройства мира римлянин Плотин (III век н.э.) не смогли воспринять уже известное в Средиземноморье). Именно в философии Иудеи нужно искать корни и истоки Античной греческой философии, в том числе и истоки воззрений Пифагора. Греки дали два основных направления философии – “примитивный” материализм (материя, данная нам в ощущении) и объективный идеализм. И с момента основания этих философских учений главный философский спор идет (до сих пор) между Иерусалимом и Афинами, хотя просвещенный мир прилагает большие усилия, чтобы этого не замечать (правда, Афины – сегодня это уже не реальный источник философии, а лишь исторический символ, и греки сегодняшние – это уже не те древние греки, давшие миру Античную, а затем и эллинистическую философию в двух ее основных ветвях. А Иерусалим после 2000 лет запустения вернулся быть все тем же Иерусалимом, несущим миру все ту же философию). Мы чуть ниже рассмотрим взгляды Иерусалима на суть души, которые стали опять актуальными после разрушения предыдущих версий расположения, устройства и функционирования сознания человека и его психических функций и всплывания в качестве современной научной актуальности старых греко-римских версий (особенно наиболее продвинутой версии Плотина).

Государство Иудея в качестве независимого просуществовало c XIII века до н. э. до второй половины I века н. э. (с небольшим 70-тилетним перерывом в середине) и не знало ни первобытнообщинного строя, ни классового рабовладельческого общества, а потому и не могло менять одно общество на другое, что, по мнению А.Н. Ждан [2, стр. 32], происходило в период около VI вв. до н. э. Основой производства Иудеи являлось частное (семейное) землевладение и свободный труд на земле с присвоением результатов труда обрабатывающими землю собственниками. За счет того, что не все семьи имели изначально земельный надел, были развиты как наемный труд, так и ремесленное производство и свободные профессии. Затем, примерно через век, за счет наследственного права, требующего разделить имущество между сыновьями (а семьи были многодетными), произошло измельчение земельных участков, они перестали кормить владеющие ими семьи и начался процесс продажи земли одними (и их переход на статус наемного работника) и укрупнения других хозяйств (за счет скупки освобождающихся сельскохозяйственных угодий). Развился капиталистический способ в основном сельскохозяйственного производства (и это – в XII веке до н. э.!!!). Затем, уже в X – IX веке до н. э. (правление в Иерусалиме царя Давида и его сына Шломо́ (Соломон в христианской традиции)) проявилась монополизация части отраслей. При этом существовала столь мощная и всеобъемлющая социальная составляющая и обязательные для каждого труженника социальные налоги (кроме налогов государственных), что этот строй (монархический, ограниченная монархия, но ее ограничения совсем не походили на ограничения и построение конституционных монархий позднего времени) вполне можно назвать капитализмом с человеческим лицом. Прогрессивная западная мысль поднялась до соответствующих идей через 3000 лет после реализации такого строя в древней Иудее.

Но нас сейчас интересует не экономика древней Иудеи, а структура психических функций, лежащая вне материального мозга и ее функционирование, привнесенное в мир философией этого государства. Этот вопрос вновь стал столь актуальным в наши дни в условиях тотального развала прежних концепций.  Нам проще называть вместилище психических функций, находящееся вне материального тела человека на древний лад – душой.

Необходимо напомнить, что даже в Новое время при серьезном преодолении естествознанием и философией средневековой религиозной схоластики, Френсис Бекон (1561 – 1626) и Рене Декарт (1596 – 1650) мыслили разделение души на часть, связанную с телом, и часть, не связанную с телом. Механистический подход идет от Рене Декарта, но и он все-таки выделял сферу сознания. “Душа может проявить и обнаружить себя только через тело” – Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646 – 1716).

Добавим взгляды наших современников.

А.Г. Маклаков [5, стр. 57] указывает: “Долгое время существовало принципиальное разделение на материалистическую и идеалистическую философию. Причем чаще всего это противопоставление носило антагонистический характер …. Сегодня, когда наметилось сближение между этими основными течениями философии, мы с полной уверенностью можем говорить об одинаковой значимости для психологии обоих направлений” (подчеркивание наше – И.Д.). Заметим, что мы приветствуем выход мысли А.Г. Маклакова за пределы узко понятого “примитивного” материализма, но категорически не согласны с ним по поводу идеализма, считая идеалистический мир не реально и независимо существующим, а лишь набором мыслей и понятий, созданных человеком, и существующим в головах (в душах) людей и в записях при посредстве тех или иных знаковых систем.

Посвятим несколько строк Сергею Леонидовичу Рубинштейну (1889 – 1960). С.Л. Рубинштейн родился в ассимилированной еврейской семье в Одессе и, естественно, не получил серьезного еврейского образования, не был знаком с богатейшей, но и до сих пор реально неизвестной христианскому (постхристианскому) миру Европы и Америки еврейской философией. В оригинальном издании психологии “Основ общей психологии” 1946 года истории психологии до XVII века (до Френсиса Бэкона (1561 – 1626)) уделено всего три страницы и лишь перечислены некоторые авторы (Аристотель, арабы, Л. Вивес и др.), их книги и современное название тех тем психологии (психологических явлений и процессов), которые они пытались обозначить и начать разрабатывать. Но Ф. Бекону С.Л. Рубинштейн уделяет заметное внимание. Ведь именно Ф. Бекон среди других своих философских достижений первым вне еврейского мира заявил о наличии двух непротиворечивых между собой книг Единого Автора – книги морали и законов человека (Ветхий Завет в христианской традиции) и книги материи (наблюдаемый нами мир во всем его многообразии). Несмотря на светское образование, в то время еще жестко разделяющее философские подходы на материалистический и идеалистический, в 1916 – 1923 гг. С.Л. Рубинштейн отказался от этой жесткой  дифференциации (дуализма) и разрабатывает “третий путь” [9, Послесловие, стр. 645]. Правда, эти работы С.Л. Рубинштейна не опубликованы до сих пор.

После 1922 года С.Л. Рубинштейн в силу диктаторски господствующей идеологии был вынужден всю остальную жизнь творить в пределах парадигмы примитивно понятого материализма (К. Маркс и Ф. Энгельс) и “теории” эволюции, ошибочно приписываемой Ч. Дарвину Эти две теории – марксовый примитивный материализм и теория эволюции – практически на целый век замедлили (остановить не смогли) развитие серьезной науки (их абсолютное влияние и поныне господствует в той психологической литературе, с которой нам до сих пор довелось ознакомиться). Поэтому труды С.Л. Рубинштейна не в полной мере отражают его начальные философские взгляды и тем более эти взгляды не получили своего дальнейшего развития (что, несомненно, является огромным ущербом для науки вообще и для психологии в частности). Даже выдержанная в “нужной” философской парадигме книга “Философские корни психологии” не смогла выйти в свет, и в 1947 году уже готовая верстка была рассыпана [8, Послесловие, стр. 662]. В СССР началась борьба с безродным космополитизмом, в ходе которой С.Л. Рубинштейн был снят со всех научных и административных должностей (хотя бы не посадили – уже достижение!). Но С.Л. Рубинштейн замолчал до 1955 года. Да и в этот свой последний период (1955-1960) стареющий ученый в той обстановке не мог даже помыслить хоть чуть-чуть выйти за границы господствующей парадигмы – никакой научной свободы слова тогда еще не существовало даже в зародыше.

3

Теперь попробуем изложить структуру и функционирование души человека (др.-греч. ψυχή (psychḗ) – душа) по достаточно древним взглядам (этим взглядам более 3000 лет, они старше Античности на 6-7 веков), но (для лучшего понимания) будем излагать идеи в относительно современных терминах. Нам не страшно излагать недостаточно доказанную на сегодня модель структуры души – мы в этом берем пример с Аристарха самосского (др.-греч. Ἀρίσταρχος ὁ Σάμιος; ок. 310 до н. э., - ок. 230 до н. э.), который предложил идею гелиоцентрического построения Солнечной системы, но эта идея нашла свое доказательное научное подтверждение только через 2000 лет в трудах Николая Коперника, Галилео Галилея и поставившего точку в описании этой структуры Иоганна Кеплера на основании системы законов Исаака Ньютона.

По еврейскому философскому взгляду душа человека состоит из трех неразрывно соединенных и лишь вместе функционирующих частей, являющихся единым целым (имеются линии в еврейской философии, говорящие о пяти структурных частях души, но мы не убудем усложнять картину). Части души мы условно назовем латинскими буквами А, В и С. Повторим, что душа в еврейском понимании – бесцветная, без очертаний (в нашем мире), неосязаемая (опять, в нашем мире), простая цельная, нераздельная сущность (определения мы взяли у А.В. Лызлова без всякой связи с контекстом, в котором они приведены [4, стр. 83 и 148]). Говоря о “частях” души мы мыслим ее функциями внутри ее единой сущности.

Мы не рассматриваем и не сравниваем с еврейским взглядом на душу, ее строение и функции взгляды нееврейских авторов, в частности, из-за того, что, несмотря на отдельные совпадения во взглядах и даже выход на мысль о Едином (Плотин), эти нееврейские взгляды остаются достаточно неполными по сравнению с еврейским подходом к душе. Главное отличие еврейских взглядов от нееврейских мы не рассматриваем в этом тексте. Это область задач и целей человека в мире и пути решения этих задач, пути достижения этих целей, которые очень подробно разработаны в еврейской философии (чтобы не сказать “даны в Откровении на горе Синай”).

Также отметим, что терминология изложения об уровнях души у А.В. Лызлова [4, стр. 149] – уровень сознания, уровень подсознания, “ниже сознания” (в нашей терминологии – область бессознательного, часть А) и уровень надсознания, “выше сознания” (в нашей терминологии – область подсознания, часть С) представляются нам филологически более правильными, но мы остались в рамках более привычной терминологии.

Итак.

Часть А постоянно и непосредственно связана с материальным телом, находящимся в нашем мире, уже на данном этапе нашего восприятия данном нам в ощущениях.

Часть В связана с телом только во время бодрствования и отдыхает во время сна человека, уходя от тела в иное измерение, но не входя в контакт с душами других людей в мире душ – в реально существующем мире, который (пока) не дан нам в непосредственных ощущениях. Акт пробуждения заключается в том, что часть В души возвращается в контакт с телом и берет на себя функции осознанного управления им.

Часть С, являясь частью неразрывной и нерасторжимой единой души человека, в непосредственный контакт с телом при его жизни не входит.

Как уже сказано, сон – это отход части В души от непосредственного контакта с телом в иное измерение для отдыха и накопления новой порции энергии для следующего цикла функционирования. По современным воззрением именно во время сна информация кратковременной памяти переходит в долговременную и обе части памяти находятся именно в части В души. При этом вся информация нестираемо хранится в части С души. В это время отдыхает и набирается новых сил, производя сложные химико-биологические и иные процессы, и материальное тело под руководством части А. Смерть – постоянный, невозвратный отход от тела части А души (отход части А естественно подразумевает отход или невозврат части В). Кома – невозможность для части В вернуться в непосредственный контакт с телом в силу физико-биологических и химико-биологических изменений в теле (травматическое, интоксикационное или иное повреждение тела, в первую очередь тех или иных частей ЦНС).

Функции частей души:

Часть А во сне и в бодрствовании реализует бессознательное (“автоматическое” в нашем восприятии руководство внутренними органами через автономную нервную систему (симпатическую и парасимпатическую части автономной нервной системы) и также реализует функцию модулированной по типам чувств раздражимости, содержит бо́льшую часть безусловных рефлексов. Она, будучи жестко запрограммированным процессором с вшитыми необходимыми программами и заполненной необходимой информацией памятью,  получается человеком при рождении (на определенной стадии эмбриологического процесса созревания тела).

Часть В реализует сложные психические функции от восприятия до мышления, речи, долговременной памяти. В ней располагаются все условные и меньшая часть наиболее сложных безусловных рефлексов, результаты научения и обучения, жизненный опыт и все прочие результаты и прижизненные приобретения онтогенеза психических функций, она забывает части полученной и выученной информации (которая в неприкосновенности сохраняется в части С). По сути часть В является “открытым” процессором и оперативной памятью (включая долговременную) психических функций и, как и часть А, получается человеком при рождении (на определенной стадии эмбриологического процесса созревания тела) в “чистом информационном виде”, содержащей только прошитые программы для выполнения процессов онтогенеза. Понятно, что особенности и возможности работы этого процессора и объем памяти различны для разных людей, являются ограниченными, но мало кто из людей достаточно близко подходит к границам этих ограничений. Одной из нашей прижизненных задач как раз и является наиболее полное использование функциональных возможностей части В нашей души для более полного наполнения (и подъема) части С. Когда еврей в первой утренней молитве (еще на кровати, только открыв глаза и осознав возврат сознания) благодарит Всевышнего за возврат нам нашей души, он имеет ввиду возврат нам на период бодрствования именно части В души (нешима́, дыхание, причем, это название не имеет никакого отношения к физическому дыханию тела, осуществляемому и во сне, и наяву под руководством части души А).

Части души А и В расстаются с человеком в момент смерти и не присоединяются к бессмертной части С (стираются из общей дущи).

Часть С души реализует функционирование подсознания, интуиции, настроения, эмоций и всеобъемлющей памяти по У.Г. Пенфилду [О. Сакс, 10]. В ней, по мысли Гюстава Ле Бона, французского психолога, социолога и историка  (1841—1931) [3], сосредоточена наследственная память, проявляющаяся в ментальности, в ней формируются и из нее транслируются сновидения. Она также содержит всю приобретенную частью В информацию. Именно она, часть С является сущностью “Я” человека.

Между частями А и В еще располагается (частично в одной, частично в другой части) функция ощущений. Часть А содержит модулированные по органам чувств ощущения – слух, зрение, тактильные ощущения и т. д. (имеющие свой порог чувствительности, который по всем модальностям выше, чем при активном функционировании вернувшейся к непосредственному контакту с телом части В во время бодрствования), а часть В “ответственна” за дифференцированное ощущение по всем модальностям (различение по частотам и силе звука, по месту и силе тактильных ощущений, по построению передаваемого в мозг изображения на сетчатке глаза и проч.). Мы знаем, что разбудить человека можно прикосновением (расталкиванием) той или иной силы, громким звуком (будильник), ярким светом, но восприятие сигнала и его дифференциальное ощущение возможно только после просыпания.

Заметим, что высшие млекопитающие (и не только) обладают двумя частями души (часть А и уменьшенный по сравнению с человеком объем функций части В), что помешало нам дать древние названия частям души – животная, человеческая и божественная (собственно, вся душа в единстве ее составных частей – божественная. На иврите эти части души соответственно называются нэ́феш, нэшима́ и ру́ах, что в очень примерном переводе на русский язык (слова в иврите многозначны по смыслам и значениям и еще больше многозначны по передаваемым ими ассоциациям) соответственно означает: душа, дыхание и дух). Кроме этого, отсутствие у животных части души С стирает их существо при их смерти – животные являются некоторым образом сложными автоматами, обладающими многими психическими функциями, включая возможность выработки условных рефлексов и “разумного” поведения, но не содержащими сохраняющейся вечной части души С. Поэтому с любимым котом нельзя встретиться после его и нашей смерти.

Такое разделение физического и психического называется психофизическим параллелизмом. Мозг в этой схеме не содержит и не выполняет никаких психических функций и является только конечной частью сенсоров ощущений и коммутатором (приемником-передатчиком), обеспечивающим передачу всей воспринимаемой информации в ту или иную часть души и обратный процесс – управление телом со стороны души. Но душа может управлять телом и реализовывать психические функции, проявляемые в нашем мире исключительно и только через головной и спинной мозг, через определенные (довольно хорошо выделенные сегодня) отделы ЦНС. Повреждение тех или иных отделов ЦНС делает невозможным реализацию душой тех или иных функций, как психических, так и соматических. Иногда именно повреждение или патологическое возбуждение отдельных отделов ЦНС приводит к реализации тех или иных функций, в норме не свойственных части В души и хранящихся в части С – реминисценции (по Саксу и воспоминание картины после наркотика. Причем, повреждение или патологическое возбуждение строго заданных отдельных отделов ЦНС, например, возникновение реминисценций осуществляется через патологическое возбуждение маленьких, содержащих считанные тысячи нейронов мамиллярных (сосцевидных) тел височных долей переднего мозга (более точно: комплекс структур заднего отдела гипоталамуса, входящих в состав лимбической системы) [10, стр. 235 и далее].

Задачи души в нашем мире.

Как мы выяснили, душа во всех ее структурных компонентах не принадлежит нашему миру, данному нам в ощущениях. По Пифагору душа – темница для души. Душа оживляет тело и выполняет все психические и управление всеми соматическими функциями, полностью определяет поведение человека. А зачем все это душе нужно, если она прекрасно существует без тела (вне тела она существует и при живом теле), пользуется полной свободой и всезнанием? Зачем ей темница, от которой приходится отдыхать во время сна тела? Еврейская философия (которая не делится на древнюю и современную, а является единой) дает четкий ответ и на этот вопрос.

Душа в ее мире расположена на том или ином уровне заработанного ею наслаждения – удовольствия, но не может его изменить. А так как она понимает недостаточность уровня своего нахождения и наличие более высоких желанных для нее уровней, то единственным способом его поменять является спуск в наш мир – мир действия (в мире душ никакого изменения статуса души не предусмотрено). Задача спуска – поднять свой уровень и по возвращении (после смерти тела) занять более высокую ступень иерархии. Поменять место души в ее мире возможно только и исключительно в нашем мире. Поэтому душа жаждет спуститься в ее темницу (тело), пройти долгий и страшно тяжелый для нее процесс онтогенеза, выполнить правильные (согласно инструкции к этому миру) действия и тем самым заработать для себя более высокую ступень в ее естественном мире. В этом есть риск – можно потерять имеющийся уровень, переместиться вниз, на более низкую ступень наслаждения – удовольствия. Душа с нетерпением ждет своей очереди “получить” тело и начать функционировать в мире этого тела.

Одной из возможных аналогий отношений души и тела является пара шофер – автомашина. Пока шофер ездит в машине, он должен прислушиваться к состоянию и потребностям машины (заправлять, проверять, обеспечивать техническое обслуживание и ремонты, по возможности беречь ее от аварий), она занимает его время и мысли, ограничивает некоторые параметры его свободы (давая взамен иные возможности), но главное – он ей управляет и при ее помощи выполняет нужные и ценностные для него, для шофера, действия, изнашивая машину, не имеющую своих желаний и целей. После износа машины (смерти тела) он остается без машины или пересаживается в следующую, а предыдущая идет на свалку и шофера ее судьба не интересует, он о закончившей свою жизнь машине не сожалеет – он продолжает свою жизнь, которая только временно соприкасалась с той машиной.

В этом ода из причин того, что после переживания околосметртных переживаний люди массово начинают исповедовать и реализовывать “общечеловеческие” ценности, внесенные в нашу цивилизацию евреями, вести себя благородно и честно (хотя часто – скромно), помогать людям, уходят от карьеризма и “перетаскивания одеяла на себя”, активно реализовывать свою функцию в мире в оставшееся им время жизни. У них просто явственно появилось и проявилось объективное понимание реальной ценности и смысла жизни и им жалко потратить ее остаток на пустоту и “погоню за ветром”.

Выводы:

  1. Материальный мир, который дан нам в ощущениях, является, по крайней мере, не единственным реальным миром и даже он описывается более, чем тремя пространственными измерениями.
  2. Современная физическая гипотеза голографичности мира ставит под сомнение реальность материального мира. Нам сегодня трудно принять эту гипотезу не потому, что пока неясно как в голографической картине могут существовать масса, плотность, время и работать физические законы, осуществляться психические функции, а потому, что логическое продолжение развития этой гипотезы поставит под сомнение существование всего материального мира (данного и не данного нам в ощущениях), будет отрицать реальность нашего восприятия этого мира и мы будем вынуждены признать справедливость хасидского утверждения “Нет в мире никого, кроме Бога одного” (хасиди́зм – одно из течений в рамках современного ортодоксального иудаизма. – примеч. авт.). Эта гипотеза отрицает сами вопросы о цели мира и целях жизни человека, то есть, делает мир бессмысленным.
  3. Существуют части материального мира и структуры в нем, которые не даны нам в непосредственных ощущениях. Единственной структурой этой части мира, о которой мы можем собрать хоть какие-то ограниченные представления, является на сегодня душа человека. Мы также можем строить гипотезы об устройстве этих частей мира или о ненаблюдаемой нами явно сложности нашего мира, в то время, как мы ощущаем и наблюдаем лишь его часть.
  4. Идеальный мир мыслей и идей (например, миры Карла Поппера) не является отдельно существующей реальностью и является исключительно порождением мышления людей, существующим в головах (в душах) людей и в записях при посредстве тех или иных знаковых систем.
  5. Биологический (межвидовой) филогенез, как, впрочем, и сильно, принципиально  меняющий биологический вид внутривидовой филогенез, является отсутствующим и никогда не осуществлявшимся в реальном мире умозрительным процессом. Одновременное наличие в мире столь разных по сложности устройства организмов нужно объяснять иными способами.
  6. Никакие психические функции не реализуются в мозге или иной части материального тела человека. Мозг является исключительно двусторонней передаточной структурой между телом и реальностями нашего мира и душой.
  7. Душа является отдельной реально существующей (материальной, но не данной нам в непосредственном ощущении) структурой, управляющей материальным телом человека и реализующей все психические функции человека.
  8. Наиболее адекватным на сегодняшний день описанием структуры души и ее функционирования является ее описание в пределах еврейской философии.

Поделиться в соц. сетях

0

Библиографический список
  1. Богомаз С. А. Лекции по анатомии и физиологии центральной нервной системы (методическое пособие). Томск, ТГУ, 1999.
  2. Ждан А.Н. История психологии. От Античности до наших дней. М., “Академический проект. МГУ. Серия “Классический университетский учебник”", 2004.
  3. Ле Бон (Лебон) Г. Психология народов и масс. С.Пб., “Макет” 1995.
  4. Лызлов А.В. Психология до психологии. От Античности до Нового времени. М., “Рипол классик”, 2018.
  5. Маклаков А.Г. Общая психология. М., С.Пб. и др., “Питер”, 2003.
  6. Марцинковская Т.Д. История психологии. М., “ACADEMA”, 2004.
  7. Паркинсон С. Н. Законы Паркинсона. М., “ГРАНД”, 1999.
  8. Реан А.А. (редактор). Психология человека от рождения до смерти. М., ОЛМА-ПРЕСС, 2002.
  9. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., С.Пб. и др., “Питер”, 2017.
  10. Сакс О. Человек, который принял жену за шляпу. М., “Издательство АСТ”, 2017.


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Исраэль (Владимир Модестович) Дацковский»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация